13 Мар 2019

На самом деле все выглядело гораздо прозаичнее. В 1788 г. земельные владения монастыря в годы, прошедшие после описи 1784 г., были конфискованы, на момент закрытия в нем оставалось два иеромонаха и четыре монаха, обитель считалась заштатной. Массивные монастырские храмы, стоявшие за каменными стенами, вполне смогли бы выдержать осаду даже с применением легкой артиллерии, но защищать их было некому. При закрытии монастыря большинство ценностей из ризницы, книги и церковные вещи передали в ризницу Белгородского Троицкого собора, о чем имелась расписка священников от 18 октября, которую еще видел Филарет Гумилевский в соборном архиве.

В 1792 г. была выдана грамота на строительство соборного Воскресенского храма в Новой Водолаге. Для этого продали на слом упраздненный Преображенский собор монастыря. В Водолагу вывезли величественный иконостас резной работы, выломали чугунные полы собора. Храм казался таким прочным и нерушимым, что подрядчики, заготовлявшие кирпич, решили его взорвать. Как видно по раскопкам руин, под четыре пилона арок центрального объема заложили мощные пороховые заряды и, заперев двери храма на засовы, подорвали его. Руины не разобрали до конца, в них еще долго весной стояла вода, вымывшая промоины в остатках стен.

Николаевский храм еще существовал в первой четверти XIX ст. и в его трапезной еще хранилось множество ценной церковной утвари. В 1815 г.священнику Николаевской церкви с. Коробово Федору Морскому и церковному старосте Павлу Ромницкому было приказано из Харьковской духовной консистории разобрать и продать зеленую изразцовую печь, располагавшуюся в трапезной храма, на вырученные деньги исправить крышу в храме[8]. В том же документе говорилось, что церковь еще крепка, а колокольня, сделанная на столбах ветха. А также и то, что приход в этом храме очень маленький, В Коробовом хуторе проживало тогда 65 мужиков.

Поскольку храм постоянно приходил в ветхость в 1824 г. из трапезной Николаевской церкви были вывезены в различные храмы значительная часть этих предметов. Так в Архиерейскую домовую церковь в Харьков были забраны серебряные маленькие и большие подсвечники, серебряные напрестольные кресты, серебряные кадильницы, два серебряных венца с иконы Святителя Николая, кипарисовый крест, оправленный серебром[9]. В 1825 г. в кафедральную ризницу Харьковского Покровского монастыря были вывезены турецкие и английские материи, дарохранительный серебряный с позолотой киот, серебряный с позолотой потир, серебряные с позолотой дискос и звезда, кипарисовый резной крест, оправленный в серебро. В Борисоглебскую церковь с. Водяного 26 ноября 1825 г. были вывезены резной позолоченный иконостас с полным числом икон, резной с позолотой киот с иконой Спасителя, резной с позолотой киот с иконой Успения Богородицы, напрестольные одеяния, ризы, подризницы, нарукавицы, воздухи. Очевидно, что именно после этого церковь разобрали.

В середине XIX ст. от монастырских построек остались только груды щебня. В 1928 г., когда сюда пришел С. А. Таранущенко, он увидел лишь заросшую редким кустарником пустошь.

Так из древнего архитектурного наследия Слободской Украины была вырвана одна из самых ярких страниц, и если бы не последующие раскопки, мы даже в общих чертах не смогли бы представить, как выглядел монастырский комплекс.

На скудные средства, отпущенные музею, удалось произвести только археологическую разведку – трассировку верхней части стен руин. Периметр всех частей постройки сохранился, только часть западного притвора была разрушена до основания. Открылись мощные стены трехчастного храма толщиной 1,5-1,8 м. Кроме восточного алтарного выступа, к алтарю и бабинцу с севера и юга примыкали пятигранные конхи, делая их похожими на тетраконховые центричные храмы 50-х –60-х годов XVIII ст. С севера и юга храм был усложнен монументальными каменными закрытыми шестигранными притворами, форма западного осталась неясной. Из декора план Таранущенко зафиксировал только тонкие двухуступчатые пилястры восточной стены. Некоторые детали плана были изображены гипотетично – в частности контуры четырёх пилонов арок основного объема до основания снесены взрывом. Неверно были показаны входы в западных гранях северного и южного притворов – последующие раскопки зафиксировали в этом месте южного притвора пролом-промоину в стене и верхний блок упавшего оконного откоса характерной для Слободской Украины конструкции.

Прошло ровно 70 лет со времени первых исследований С. А. Таранушенко, и археологи вновь пришли на руины. За это время их сохранность намного ухудшилась, северная часть храма уже была застроена, а большая часть стен южного притвора разобрана до основания. Раскопками 1998 г.[10] вскрыта большая часть южной и часть восточной стены храма, а также расчищен склеп-крипта в алтаре. Несмотря на то, что раскопки во многом не отвечали требованиям архитектурной археологии[11], тщательно снятые крохи руин позволили многое узнать об архитектурных особенностях храма, уточнить его план и после сравнительного анализа выполнить графическую реконструкцию[12]. В склепе, под завалом земли и упавших сводов было найдено не потревоженное захоронение в дубовой колоде. На покойном была монашеская ряса с кожаными крестами – парамаданами и украшенный эмалью массивный наперсный серебряный крест. Рядом в гробу лежали казацкая сабля и два пистолета[13]. Очевидно, покойный до пострижения в монахи принадлежал к казацкой старшине.

Руины стен собора сохранились на высоту от 0,6 до 1,4 м. Кирпичный фундамент имеет с ними одну толщину и никак не выделен[14]. Устои всех арок связаны ленточными фундаментами: в ленточном фундаменте арки юго-восточной конхи алтаря выложена внутри каменная лестница шириной 60 см частично перекрытая ступенчатыми арочными сводами, на половине своей длины она под прямым углом поворачивает на север к сводчатому склепу.

Страницы