11 Фев 2019

Истинные труженики (в христианском смысле) уже на земле получают щедрое вознаграждение. Потрудился ты во славу Божию и на пользу ближних, Господь в своей заповеди объявляет тебе: можешь отдохнуть. Это уже не повеление только, не заповедь, но твое законное право. Отдыхать в собственном смысле не может быть приказано, как нельзя заставить человека любить или надеяться. Не достаточно одного позволения и свободы отдыха. Вы могли заметить, что тот, кто занят пустой работой, безполезным трудом, не умеет и не может надлежаще отдыхать. Только после истинно полезного труда возможен тот отдых, тот праздничный покой, какой имеется в виду в четвертой заповеди. Какое чудное, радостное мгновение, когда человек, заканчивая свой усердный труд, пересматривает его и не находит в нем недостатка! Это чувство знакомо каждому плотнику, ремесленнику, который с любовью и старанием работал над своим делом. Он не может налюбоваться плодом своего труда. Это чувство знает и благочестивый землепашец, когда он, после тяжелого недельного труда, в воскресенье после обедни с радостным сердцем и надеждой на урожай обозревает вспаханное и засеянное им поле.

В Слове Божьем читаем, что и Господь Бог, когда создал небо и землю и все, что в них, то «увидел все, что Он создал, и вот хорошо весьма» (Быт. 1:31). Если ты, слушатель, надлежаще трудился, то имеешь право на отдых, отдав седьмой день Господу твоему.

Такой покой вы можете находить, прежде всего, в своем внутреннем сознании. При всяком труде, даже вполне правильном, человек должен жить внешней жизнью. Наши руки и ноги, голова и сердце, – все это живет и действует во внешнем мире. Но нельзя жить только внешним. Для того, чтобы сохранить в себе человека, имеющего образ Божий, обладающего безсмертной душой, человек должен думать о душе, о Боге. Все зло в большинстве случаев происходит оттого, что наши мысли и действия ограничиваются внешней жизнью. Если бы мы чаще старались усматривать подобие Божие в своей душе, сколько устранилось бы сомнений и недоумений, сколько определилось бы правильных богоугодных путей к действию. Ко всему этому и служит заповедуемый нам четвертой заповедью отдых.

Создавайте же этот поведенный Богом покой в себе, в своем доме, в окружающей вас обстановке. У многих на это нет ни времени, ни свободы вследствие непрерывного труда. Иной работник приходит домой только на обед и на ночь, иногда только на ночь. Таким образом работа отчуждает его от жены, от детей. А другой хоть и больше времени проводит дома, но он так поглощен своим занятием, что присутствует в семье только телом, но не душой. Весьма печальное явление, когда труд делает человека одиноким в его семье. Но если человек шесть дней истинно трудился, то на седьмой день он возвращается домой не одним телом, но всем сердцем, всеми мыслями и всецело становится самим собою.

Ищите этого отдыха, особенно в храме Божием. Ведь отдых нужен, повторяю, не для одного тела. Оно отдыхает каждую ночь. Господь Бог дал свою заповедь не для тела только. Наша душа требует также покоя. Справедливо сказал один из древних учителей Церкви: «Ты, Господи, создал нас для Себя, и наше сердце безпокойно, пока оно не успокоится в Тебе». И мы сами чувствуем, как безпокойна наша душа, и как нарушается наш мир, когда напрягаются и истощаются силы в изнурительном труде, в постигающих испытаниях, непрерывных заботах, огорчениях и грехах, неизменных спутниках жизни. Но вот в воскресенье мы пришли в храм Божий, началось торжественное богослужение, и мы явственно ощущаем, как утихает в душе безпокойство, отступают житейские заботы и воцаряется мир Божий в сердце нашем. Здесь, в Храме, мы чувствуем себя близкими к Богу, Небесному Отцу своему, сознаем себя в неразрывном союзе с ближними своими, по Христу братьями, чадами святой Церкви, нашей Матери, которая в святом храме Божием сообщает каждому потребные, благодатные дары Святого Духа.

Не запрещается, наконец, искать праздничного отдыха и в невинных наслаждениях и удовольствиях. Рабочего человека, особенно городского, во время его занятий окружает далеко не прекрасная обстановка. Голые стены, грязный пол, закопченные окна, а на фабрике гудение колес и шум машин. Во всем этом нет ничего отрадного, ничего освежающего. Как же не позаботиться, чтобы после шести дней работы на седьмой увидеть и услышать чего-нибудь, возвышающего душу. Каждый человек может это получить больше всего в благолепном своем храме, в церковном пении, в котором и сам может принять участие, в слушании или чтении, настраивающем душу не на обыденный лад. А весной и летом – выйди за город, туда, где зеленое поле, пестрые лужайки, полевые цветы и тенистый лес. Эта красота, этот дар Божий освежат твою душу, подымут твое праздничное настроение.

Легко вообразить, какая благодетельная, отрадная перемена произошла бы во всем строе нашей жизни, как частной, так и общественной, если бы у нас усвоены были везде христиански правильные понятия о труде и воскресном отдыхе. Тогда никому не пришло бы на ум задать вопрос: работать ли, торговать ли в воскресенье или нет, как никто не спрашивает: можно или нет похитить чужую вещь. И как преступно поэтому вносить смуту в умы нетвердых в мышлении людей проповедью о труде и отдыхе, искажающей их смысл и значение в жизни. Достаточно сказать, что такой проповедью человек низводится на степень животного. Не забывайте, что заповедь о шестидневном труде и воскресном покое есть Божия заповедь. Знайте, что нарушение ее есть нарушение всего закона, ибо Апостол ясно говорит: «кто соблюдет весь закон и согрешит в одном чем-либо, тот становится виновным во всем» (Иак. 2:10). Аминь.

Поучения Иринея, Епископа Екатеринбургского и Ирбитского. Спб. 2005 (По изд. Екатеринбург 1901). C. 307-321.
источник материала

Страницы