22 Окт 2016

Вызывает восхищение история иеромонаха Феликса (288-й пехотный Куликовский полк, 72-я пехотная дивизия), произошедшая во время боя 29 августа (11 сентября) около г. Даркемена. В те дни здесь шли тяжелейшие сражения, в ходе которых была остановлена обходная группа противника, что позволило 1-й русской армии выйти из готовящегося окружения. В этот день командир дивизии генерал П.Н. Туров приказал полку перейти в атаку. Видя колебание солдат (из-за открытого противником огня), о. Феликс пошел вперед со словами:

«Молодцы! Вспомните присягу, которою вы клялись служить верой и правдой Царю-Батюшке и нашей дорогой родине, не щадя живота своего до последней капли крови. Вот, я пойду вперед, а вы за мной».

В дальнейшем во время всего боя мимо холмика, за которым находился иеромонах Феликс, проносили тяжелораненых и он успевал их причащать. Ночью полк отошел. На следующий день его командир попросил священнослужителя на своей повозке отвезти двух тяжелораненых на перевязочный пункт. Иеромонах Феликс направился в сторону г. Даркемена, однако тот уже был занят неприятелем. Видимо, наткнувшись на вражеский разъезд, носильщики сложили раненых и вступили в бой, попав в итоге в плен. Священник же успел уехать и только через два дня сдал раненых в лазарет. За это он получил орден Св. Анны 2-й ст.; в дальнейшем был награжден орденами Св. Владимира 4-й ст. и Св. Анны 3-й ст.[11]
Не менее интересен пример священника 5-го Финляндского стрелкового полка о. Михаила (Семенова)[12]. Во время боев он часто находился на передовой, ободряя солдат, вынося раненных с полей сражений, причем однажды получив контузию. А во время боя 18 сентября (по ст.ст.), когда под воздействием артиллерии, один из батальонов стал отступать, видя серьезность создавшегося положения и не обращая внимания на непрерывный огонь, о. Михаил надел епитрахиль, бросился вперед и остановил часть отступающих.

Нельзя не упомянуть и иеромонаха Богородицко-Площанской пустыни Евтихия (Тулупова), служившего в 289-м пехотном Коротоякском полку. Он начал войну в дивизионном лазарете, где в конце 1914 года санитаркой работала известная певица Н. Плевицкая, которая в мемуарах оставила о нем несколько строчек: «…Врачи выбивались из сил, и руки их были в крови. Не было времени мыть. Полковой священник, седой иеромонах, медленно и с удивительным спокойствием резал марлю для бинтов… среди крови и стонов иеромонах спокойно стал мне рассказывать, откуда он родом, какой обители и как трудно ему было привыкать к скоромному. Мне показалось, что он умышленно завёл такой неподходящий разговор. «А может он придурковатый?»- мелькнуло у меня, но, встретив взгляд иеромонаха, я поняла, что лучисто-серые глаза его таят мудрость. Руки мои уже не дрожали и уверенно резали марлю, спокойствие передалось от монаха и мне»[13]. А летом 1915 года, когда полк попал в окружение, иермонах, не считаясь с опасностью, повел солдат на прорыв, идя впереди с крестом в руках, причем сам был смертельно ранен. За стойкость и мужество он был награждён орденом св. Анны 3-й степени с мечами и бантом, а посмертно – орденом Святого Георгия 4-й степени. А. Мамаев писал: «В атаку полк, с полком и старец, // Поднявши крест над головой, // Идет он рядом с командиром,// Ведя сынов всех за собой. // Христа завета всюду верный // Был впереди всегда овец!// В бою он рану принял первый // И царства вечного венец//».

Особо важными для укрепления боевого духа были богослужения непосредственно перед началом сражения. Сохранились
воспоминания капитана А.А. Успенского, командира роты в 106-м Уфимском полку, о том, как 4 августа 1914 г. перед боем под Шталлупененом о. Василий Нименский напутствовал солдат:

«Спешно, спешно прикладывались к святыням (святой крест и Библия – К.П.) православные воины, и каждого он окропил святой водой, напутствуя ободряющими словами. Ушедшие же вперед цепи он издали осенил святым Крестом».

Интересно отметить, что за усердную службу в начале 1915 года о. Василий получил орден Св. Анны 2-й ст. с мечами.[14]

Важна была роль священников в укреплении боевой дисциплины. Они делали все, чтобы предотвратить распространение социалистических идей в войсках (что началось уже осенью 1914 г. с приходом первых маршевых подразделений). Так, комендант запасного батальона лейб-гвардии Кексгольмского полка от 3 марта 1915 г. (по ст.ст.) писал, «что в целях предупреждения распространения пропаганды революционного характера в запасные батальоны будут назначаемы опытные священнослужители для совершения богослужений, ведения бесед и пастырского надзора за нижними чинами»[15].

За проповеди некоторые священники получали даже награды. Так, командир 84-го пехотного батальона в представлении священника Н. Лебедева к награде писал, что тот: «совершает богослужение в батальонной церкви с 1 октября 1914 года и за все это время с особой ревностью относился к своим пастырским обязанностям, вселяя словом божьим в сердца нижних чинов глубокую веру в Бога и беззаветную преданность царю»[16]. Высокую роль и значение православного духовенства в жизни армии косвенно подтверждает то раздражение, с каким их деятельность описывалась в советской литературе.

В годы войны одной из основных задач служителей веры стала работа в лазаретах, где они ухаживали за больными, причащали и исповедовали их. Однако священники помогали раненым не только в госпиталях, но и непосредственно на поле боя, выполняя функцию санитаров. Как отмечали сами солдаты: «Раньше, бывало, священник с обозом, а теперь вместе с полком. Когда начинается бой, священник, благословив полк, отходит назад и тут же, на поле сражения, принимает напутствовать первых тяжело раненых, очень часто помогая санитарам и врачебному персоналу поднять, поддержать и перенести их»[17].

Страницы