27 мая 2017


Под покровом тьмы


Любое отступление от Церкви, от православного исповедания веры и соединение духовное, молитвенное, евхаристическое с еретиками (сергианами, экуменистами), непременно накладывает свой отпечаток на все существо человеческое, даже на тело, и тем более на душу и дух человека. Объединение с еретиками, вследствие становления с ними одного духа, оказывает особенное влияние и на образ мыслей . Из-за того, что был допущен в свое догматическое исповедание православной веры погибельный компромисс, происходит крушение в вере, т.е. изменение православного исповедания веры на еретическое.

Особенно это происходит тогда, когда, например, учение доселе предаваемое тобою анафеме (как ересь экуменизма), становится вдруг твоим вероисповедным принципом.

Яркий пример тому – архиепископ Лавр Шкурла, предавший Зарубежную Церковь и совершивший унию с советской, сергианской лже-церковью, которая не только не отринула экуменизм, по наивным надеждам лавровских сторонников, но и еще сильнее стала углублять свои межконфессиональные контакты не только с католиками, но даже и с мусульманами...

Когда мы, четыре монаха, вынуждены были покинуть Джорданвилльский монастырь по причине экуменизма и неправославия настоятеля архиеп. Лавра Шкурлы, у меня с ним состоялся последний разговор. Я тогда сказал Лавру: «Мы сюда в Джорданвилльский монастырь, думая, что это оплот Православия, приехали за десять тысяч километров, оставив всё: своих родителей, своих близких и друзей, свою страну, свою работу – не для того, чтобы в монашестве молиться с экуменистами. Мы с экуменистами молиться вместе не будем!». На что в ответ Лавр Шкурла довольно эмоционально (что на него обычно не было похоже) воскликнул: « А мы будем!».

Всё. Это было его исповедание веры о молитвенном единстве с экуменистами, ересь которых была предана анафеме Русской Православной Церковью Заграницей в 1983 году, и подтверждена эта анафема была на Архиерейском Соборе в 1998 году, в котором Лавр принимал непосредственное участие. Что называется: под свою анафему падоша.

Даже если ты являешься Ректором семинарии, преподавателем Догматического богословия и Канонического права, но допускаешь в сердце своем молитвенное общение с еретиками, твое исповедание веры терпит крах: оно уже не может быть православным, ибо ложь не может проповедовать Истину. Лавр Шкурла исповедовал явное несторианство: он, например, утверждал что воплощение Спасителя было в момент Рождества Христова, тогда как Св. Церковь учит, что воплощение Господа произошло в момент Зачатия, Благовещения Пресвятыя Богородицы, т.е девятью месяцами раньше, нежели исповедовал Лавр. Также этот еретик, выступая в Московской академии произнес: «такие святые отцы как Ориген...». Но вот что гласит 1-е Правило Шестого Вселенского Собора: «...Оригена, и Дидима, и Евагрия... соборно предали проклятию и отринули». Воистину, у еретиков повреждается ум.

Другие яркие примеры подобного вероисповедного умопомрачения – в недавних пасхальных посланиях архиепископа Марка (Арндта) Берлинского и епископа Гавриила Чемодакова.

В своем послании архиепископ Марк Арндт исповедует:

«Он пришел в мир и принял человеческое тело и показал, что это тело может быть обиталищем света». (http://www.synod.com/synod/2017/20170420_archbpmarkpaschalepistle.html).

Еретик Аполлинарий учил, что Сын Бога принял человеческое тело, но без души и разума. Нечто подобное учил Несторий, который утверждал, что Дева Мария родила простого человека Христа, в Которого затем вселился Бог.

Именно для того, чтобы выразить православное учение безошибочно, в Символе веры используется точный догматический термин, данный нам Свв. Отцами: «вочеловечился», т.е. Логос принял человеческое естество в Свою Божественную ипостась, и оно развивалось в утробе Девы Марии согласно Божественным законам развития человека. («Во всем подобен нам, кроме греха» - определил истинное учение Церкви о Христе 4-й Вселенский Собор).

Но в сергианской ереси такая намеренная двусмысленность обычно является методом внедрения экуменической терминологии для противодействия православному учению.

Выражение: «может быть» объясняет, что это может произойти не со всеми, а также допускает вариант противоположный: может и не быть.

В другой фразе архиепископ Марк демонстрирует протестантскую уверенность:

«Господь даровал нам Своим Воскресением светлое тело, светящееся Божественным светом и никакая темная сила не может препятствовать этому светлому телу на Страшном Суде воскреснуть со Христом. Мы христиане живем Христом. Поэтому в нас есть и Воскресение и Вечная Жизнь».

Здесь содержится утверждение, что Господь уже даровалъ «нам» такое «светлое» тело, т.е. автору уже известно, что до Страшного суда уже оправданы он и все, кого он причисляет к своему сборищу. Автор не объясняет о каких «христианах» он говорит, но очевидно, что он и эти «христиане» не исповедуют Символа веры, согласно которому «судити живых и мертвых» предстоит Спасителю, а не некоему господину, распространяющему свой мрак германский вместо православного пасхального послания.

В другом горе-послании Гавриила Чемодакова и вовсе встречаем математическую точность пределов измерения Пасхальной «радости» и «благодати»:

«Именно единение с Воскресшим Христом – есть источник Пасхальной радости, которая дается всем нам, когда Церковь торжествует Христову победу над смертью, «ибо свободи насъ Спасова смерть» (Св. Иоаннъ Златоуст). Эти радость и благодать снисходят к нам в Пасхальную ночь – и остаются с нами на протяжении сорока дней празднования Воскресения Христова» (http://www.synod.com/synod/pdf/4archbpgabrielpaschalepistle17.pdf).

Страницы