26 Окт 2016


Казаки и Первая Мировая война


К 100-летию Первой Мировой войны

Часть I, довоенная

В предыдущей статье «Казаки перед Мировой войной» было показано, как зарождалась и вызревала в недрах мировой политики эта величайшая в истории человечества мясорубка.

Наступившая война по своему характеру сильно отличалась от предыдущих и последующих. Предыдущие перед войной десятилетия в военном деле характеризовались, прежде всего, тем, что в своём развитии оружие обороны резко ушло вперёд по сравнению с оружием наступления. На поле боя стали господствовать скорострельная магазинная винтовка, скорострельная нарезная казнозарядная пушка и конечно пулемёт. Всё это оружие хорошо сочеталось с мощной инженерной подготовкой оборонительных позиций: сплошные траншеи с ходами сообщения, тысячи километров колючей проволоки, минные поля, опорные пункты с блиндажами, ДОТы, ДЗОТы, форты, укрепрайоны, рокадные дороги и т.п. В этих условиях всякая попытка войск наступать превращалась в беспощадную мясорубку, как при Вердене, или заканчивалась катастрофой типа разгрома русской армии у Мазурских озёр. Характер войны резко изменился, и на долгие годы она стала маломаневренной, окопной, позиционной. С увеличением огневой мощи и поражающих факторов новых видов оружия подходила к концу многовековая славная боевая судьба кавалерии, в том числе и казачьей, стихией которой был рейд, набег, обход, охват, прорыв, наступление. Последний гвоздь в гроб кавалерии забил пулемёт. Даже с учётом солидного веса первых пулемётов (русский Максим со станком Соколова весил 65 кг без боекомплекта) их применение с самого начала предусматривало нахождение пулемётов в боевых порядках. А походные, маршевые и обозные колонны пулемёты с боекомплектом сопровождали на специальных фурах или обозных телегах. Такое применение пулемётов ставило крест на сабельных атаках, обходах, охватах и рейдах кавалерии.
Эта война превратилась в войну на истощение и выживание, привела к экономическому и социальному подрыву всех воюющих стран и народов, унесла миллионы человеческих жизней, привела к глобальным политическим потрясениям и совершенно изменила карту Европы и мира. Невиданные доселе людские потери и несколько лет великого окопного сидения привели также к деморализации и разложению действующих армий, потом привели к массовому дезертирству, сдаче в плен, братаниям, бунтам и революциям, а в конечном итоге всё закончилось крушением 4-х могучих Империй: Российской, Австро-Венгерской, Германской и Османской. Да и, несмотря на победу, кроме них капитально надломились и начали валиться ещё 2 могучие колониальные империи: Британская и Французская.

А настоящим победителем в этой войне оказались Соединённые Штаты Америки. Помимо ослабления и взаимоуничтожения основных геополитических соперников, они несказанно нажились на военных поставках, не только вымели подчистую все золотовалютные резервы и бюджеты держав Антанты, но и навязали им кабальные долги. Вступив в войну в завершающей стадии, США отхватили себе не только солидную долю лавров победителей, но и жирный кусок репараций и контрибуций с побеждённых. Это был звёздный час Америки. Лишь менее столетия назад президент США Монро провозгласил доктрину "Америка для американцев" и США вступили в упорную и беспощадную борьбу за выдавливание европейских колониальных держав с американского континента. Но уже после Версальского мира ни одна держава не могла ничего предпринять в Западном полушарии без разрешения США. Это был триумф дальновидной стратегии и решительный шаг на пути к мировому господству. На этой войне неплохо нажились и окрепли ещё ряд региональных держав, правда дальнейшая их судьба оказалась очень различной. Об этом более подробно писалось в статье «К очередной годовщине начала первой мировой войны».

Виновники войны, как правило, остаются побеждёнными. Германия и Австро-Венгрия стали таковыми и все расходы по восстановлению военных разрушений были возложены на них. По условиям Версальского мира Германия должна была уплатить союзникам 360 млрд. франков и восстановить все разрушенные войной провинции Франции. Тяжёлая контрибуция была наложена на германских союзников, Болгарию и Турцию. Австро-Венгрия была разделена на мелкие национальные государства, часть её территории была присоединена к Сербии и Польше. Зачинщик войны – Сербия – также оказалась в числе наиболее пострадавших. Её потери составили 1 264 000 человек (28% населения). Кроме того, 58% мужского населения страны остались инвалидами. Россия также активно потворствовала поджигателям войны (как внутренним, так и внешним), но длительного военного напряжения не выдержала и накануне окончания войны, из-за революции, вышла из этого международного конфликта. Но из-за наступившей анархии и смуты ввергла себя в гораздо более разрушительную гражданскую войну и лишена была возможности присутствовать на мирном конгрессе в Версале. Революция и гражданская война были божьей карой за тот великий бедлам, который ещё задолго до войны прочно поселился в головах образованных и правящих классов империи, который Достоевский называл «бесовщиной», а нынешние классики политкорректно называют «солнечный удар». Франция получила назад Эльзас и Лотарингию, Англия, уничтожив флот Германии, сохранила господство на морях и в колониальной политике. Вторичным последствием Первой мировой войны была ещё более разрушительная, жертвенная и продолжительная Вторая мировая война, некоторые историки и политики эти войны даже не разделяют. Так ещё в 1919 году французский маршал Фош сказал: «Это не мир. Это перемирие на 20 лет», и он ошибся… лишь на несколько месяцев. Вот такой краткий итог этой Великой войны, то есть то, что осталось в сухом остатке. Однако обо всём по порядку.

С первых же дней войны формы ведения боя показывали на бессилие конницы в преодолении в конном строю огневых средств и искусственных оборонительных преград. Кроме того, очевидность показывала, что при наличии современных массовых вооруженных сил и сплошных линий фронта конница лишалась свободных пространств, необходимых для маневров и возможности выхода на более уязвимые места противника, его фланги и тылы. Это общее положение неизбежно должно было отразиться и на тактике казачьей конницы, несмотря на ее преимущество перед регулярной конницей и умение действовать не только в сомкнутых конных строях, но и в строях более гибких и с учётом лучшего применения характера местности. У казаков был свой собственный строй, называемый татарским словом «лава», которая наводила ужас на неприятеля со времён Чингисхана. Донской писатель И.А. Родионов в своей книге «Тихий Дон», изданной в Ростове-на Дону в 1902 году, так описывает её: «Лава – это не строй в том смысле, как его понимают регулярные войска всех стран. Это нечто гибкое, змеиное, бесконечно поворотливое, извивающееся. Это сплошная импровизированная импровизация. Командир управляет лавой молча, движением поднятой над головой шашки. Но при этом начальникам отдельных групп предоставлялась широкая личная инициатива». В условиях современного боя конница на восточном русско-австро-германском фронте оказалась несколько в лучших условиях, нежели конница западного франко-германского фронта. Благодаря большому протяжению и меньшей войсковой насыщенности во многих местах сплошной линии фронта не было, и русская конница имела больше возможностей использовать свою подвижность, совершать маневры и проникать в тылы противника. Но возможности эти всё-таки являлись исключением, и своё бессилие перед огневыми средствами русская конница испытывала так же, как и её товарищи по оружию западного фронта. Тот же кризис бессилия переживала и казачья конница, сходя быстро с исторической военной сцены.

Следует сказать, что при подготовке к мировой войне в составе армий всех европейских стран было большое количество конницы. С началом войны на деятельность конницы возлагались большие задачи и надежды. Конница должна была обезопасить от вторжения противника пределы своей страны во время мобилизации войск. Затем она должна была прорвать пограничную военную завесу противника, проникнуть вглубь неприятельской страны, нарушить сообщения и коммуникации. Также всеми средствами должна была нарушать порядок мобилизации и переброски войск противника в процессе сосредоточения и развертывания их для начала военных действий. Для выполнения этих задач лучшим образом могли отвечать части легкой казачьей конницы, а также гусарских, уланских и драгунских полков регулярной конницы всех армий. Военная история запечатлела множество подвигов казаков ради достижения их кавалерийской мечты: «прорваться и уйти в глубокий набег». Однако военные планы всех стран, построенные на опытах прошлого, были нарушены новыми условиями войны и в корне изменили взгляд на военное значение конницы. Несмотря на героические порывы кавалерийского духа, воспитанные на героических конных атаках прошлого времени, коннице надо было примириться с тем, что огневой силе можно противопоставить только те же огневые средства. Поэтому конница уже в первый период войны фактически стала превращаться в драгун, т.е. пехоту, посаженную на коней (или конницу способную воевать в пешем строю). По ходу войны такое применение конницы стало всё более распространённым, а затем преобладающим. Многочисленная казачья конница в течение всей войны исключения из общего правила не составляла и, несмотря на побуждения многих военачальников использовать кавалерийские прорывы, не внесла существенных изменений в общее положение.
Чтобы лучше понять истоки этого военно-тактического фиаско начала мировой войны необходимо тезисно вспомнить ключевые моменты предыдущей европейской военно-политической истории. На рубеже XVIII – XIX веков из-за бурного развития капитализма Европа активно искала новые рынки сбыта и активизировала свою колониальную политику. Но на путях в Азию и Африку стояли Россия и ещё сильная тогда Турция, контролировавшая Балканы, Малую Азию, Ближний Восток и Северную Африку, т.е. почти всё Средиземноморье. Ключевым аспектом всей европейской политики в послеиспанский период было острое англо-французское соперничество. Стремясь нанести могуществу Британской империи смертельный удар, Наполеон маниакально рвался в Индию. Не давали ему покоя и лавры Александра Македонского. На пути в Индию, Бонапарт ещё в 1798 году предпринял попытку силой вырвать у Османской империи Египет и прорваться к Красному морю, но неудачно. В 1801 году в союзе с российским императором Павлом I Наполеон предпринял повторную попытку сухопутного прорыва в Индию через Астрахань, Среднюю Азию и Афганистан. Но этому безумному плану не суждено было сбыться и он сорвался в самом начале. В 1812 году Наполеон, уже во главе объединённой Европы, предпринял третью попытку сухопутного прорыва в Индию уже через Россию, путём силового принуждения её к добросовестному выполнению условий Тильзитского мира и обязательств континентального союза против Британской империи. Но Россия достойно выдержала этот удар колоссальной силы, и империя Наполеона была разгромлена. Эти эпохальные события и участие казаков в них более подробно были описаны в статьях «Казаки в Отечественной войне 1812 года. Часть I,II,III». После разгрома Франции главный вектор европейской политики вновь направился против Турции. В 1827 году соединенный флот Англии, Франции и России в порту Ионических островов Наварин уничтожил турецкий флот. Обширное средиземноморское побережье Турции было поставлено в беззащитное положение, что открыло пути европейским колонизаторам в Африку и на Восток.
На суше Россия также нанесла в 1827-1828 годах Турции сокрушительное поражение, после которого последняя была уже не в состоянии оправиться и, по общему мнению, представляла собой труп, за наследство которой неизбежно поднимался спор наследников. Сокрушив турецкий флот, Англия и Франция наперегонки стали делить Азию и Африку, чем и были плотно заняты практически до конца XIX века. Этому направлению колонизации способствовало также то, что ещё не очень сильные тогда США, тем не менее, всякими доступными им способами активно, напористо и дерзко выдавливали европейских колонизаторов из Америки. Первой и бесспорной претенденткой на наследство севера Османии (бывшей Византии) являлась Россия с претензией на владение проливами и Константинополем. Но Англия и Франция, бывшие союзники России против Турции, предпочитали, чтобы ключ к черноморским проливам находится в руках слабой Турции, нежели у сильной России. Когда Чёрное море всё-таки открылось для России, её флот составил конкуренцию западным странам. Это соперничество, в конце концов, привело Россию к войне против Англии, Франции и Турции в 1854-1856 годах. По результатам этой войны Черное море оказалось для России вновь закрытым. Англия окончательно заняла господствующее положение на морях, а Франция превращалась под властью Наполеона III в сильную державу на материке. Весь XIX век в мире непрерывно полыхали бесчисленные колониальные войны. Легкие колониальные военные успехи против азиатских и африканских народов кружили головы европейских милитаристов и бездумно переносились ими на отношения между европейскими народами. В сознание правящей элиты ни одного европейского народа даже не проникала мысль, что при современных разрушительных средствах, не говоря уже о приносимых человеческих жертвах, никакие завоевания не могут возместить расходов на ведение войны и покрытие её разрушительных последствий. Наоборот, все страны были убеждены в том, что война дело выгодное, а между коалициями будет молниеносной и не может продолжаться более трех, а всего вероятнее - шести месяцев, после чего истощенный в средствах противник будет принужден принять все условия победителя. Именно безнаказанность, вседозволенность и успешность в проведении любых колониальных авантюр разблокировали все тормозные системы в мозгах европейской аристократии и явились главной гносеологической причиной всеевропейской войны, ставшей потом мировой. Ярким подтверждением этого тезиса является уже послевоенное интервью германского кайзера Вильгельма. На вопрос: «Как так получилось, что вы начали эту грандиозную войну, и ничто вас не смогло остановить?» он ничего внятно не смог ответить, пожал плечами и сказал: «Да, как-то вот так получилось». Спустя столетие правящий миром полицай-президиум в лице США, ЕС и НАТО также фактически очумел от безнаказанности и вседозволенности в проведении любых авантюр в мире и не имеет никаких тормозов. Он фактически управляет миром под лозунгами: «Тормоза придумали трусы» и «Против лома нет приёма». Но это не так, потому, что умение вовремя притормозить или остановиться является основой любой системы безопасности движения, да и против лома есть приём, это тот же самый лом. Впрочем, тормоза в этом мире полезны не только легавым, но и тем, кто решается с ними потягаться. В схватке в чужой весовой категории всегда следует помнить, что на победу можно рассчитывать лишь в случае, если противник оборзел настолько, что сам налетит на подсечку или подставится под удар в поддых или в просак. В ином случае полезнее отойти в сторону, а ещё лучше направить стаю борзых по ложному следу. Иначе загонят или забьют. И если оценивать поведение обитателей нашей общей камеры, под названием Земля, с позиции аналогии и экстраполяции, то третья мировая мясорубка уже не за горами. Впрочем, есть ещё возможность нажать на тормоза.

Между тем в Европе тогда появилась новая сила – Германия, возникшая путём объединения разнородных германских княжеств вокруг Пруссии. Умело маневрируя между европейскими державами, Пруссия весьма успешно использовала их региональное соперничество для целей объединения Германии. Обладая заведомо меньшими военными, промышленными и людскими ресурсами, Пруссия сконцентрировала свои усилия на лучшем оснащении, выучке, организации, тактике и стратегии применения вооружённых и дипломатических сил. В политике и дипломатии восторжествовали феномен Бисмарка, на поле боя феномен (орднунг) Мольтке. Серия успешных, всесторонне хорошо подготовленных и проработанных, победоносных войн Пруссии против Дании, Австрии и Франции лишь укрепила иллюзию молниеносной войны. Для нейтрализации этих опасных иллюзий и агрессивных поползновений германского милитаризма царь-миротворец Александр III придумал очень эффективную успокоительную микстуру, франко-русский союз. Наличие этого союза обязывало Германию вести войну на два фронта, что по тогдашним и нынешним теоретическим и практическим представлениям неизбежно ведёт к поражению. Агрессивность уменьшилась в разы, но иллюзии остались. Слабо поколебала эти иллюзии и русско-японская война, затянувшаяся, кровавая, окопная, малоуспешная для обеих сторон и закончившаяся большими социальными потрясениями. Умами в мире тогда (как, впрочем, и сейчас) правила либеральная интеллигенция и со свойственным ей примитивизмом и легковесностью суждений все неудачи были легко списаны лишь на бездарность и косность царской власти. Не на высоте оказались и военные специалисты, не увидевшие в уроках русско-японской войны тревожные симптомы будущей военно-политической катастрофы.

Геополитическое положение Германии, сложившееся к XX столетию, заставляло её вести войну на два фронта. Франко-русский союз требовал от германского Генерального штаба стратегических решений для успешного ведения войны одновременно против России и Франции. Разработка плана войны велась большим Генеральным штабом германской армии, и главными творцами по разработке плана войны были генералы фон Шлиффен, а потом фон Мольтке (младший). Центральное географическое положение Германии в отношении противников и сильно развитая сеть железных дорог давали возможность быстрой мобилизации в начале войны и быстрой переброски войск в любом направлении. Поэтому было намечено нанести вначале решительный удар в сторону одного противника, вывести его из войны, а затем направить все сипы против другого. Для быстрого и решительного первого удара предпочтительной представлялась Франция с её ограниченной территорией. Решительное поражение в прифронтовой полосе и возможный захват Парижа, с падением которого нарушалась оборона страны, было равносильны окончанию войны. Россия благодаря обширности территории запаздывала с переброской войск на театр войны по мобилизации и в начале первых недель войны представляла собой сильно уязвимую цель. Но первые возможные неудачи её смягчались глубиной фронта, куда армии, при неудаче, могли отступать, в то же время, получая подходившие подкрепления. Поэтому германским Генеральным штабом было принято, как основное, следующее решение: с началом войны главные силы направить против Франции, оставив против России оборонительный заслон и силы Австро-Венгрии. Согласно принятому плану, Германия развертывала с началом войны против Франции 6 армий — в составе 22 армейских и 7 резервных корпусов и 10 кавалерийских дивизий. Против России, на Восточном фронте, Германия выставляла 10 армейских и 11 резервных корпусов и одну кавалерийскую дивизию.

Франция развертывала против Германии 5 армий — в составе 19 армейских корпусов, 10 резервных и 9 кавалерийских дивизий.

Австрия, не имевшая общей границы с Францией, развёртывала против России 47 пехотных и 11 кавалерийских дивизий.

Россия развёртывала на фронте Восточной Пруссии 1-ю и 2-ю армии. 1-я состояла из 6,5 пехотных и 5 кавалерийских дивизий и отдельной конной бригады при 492 орудиях, 2-я из 12,5 пехотных и 3 кавалерийских дивизий при 720 орудиях. Всего армии Северо-Западного фронта насчитывали около 250 тысяч человек. 1-й и 2-й русским армиям противостояла германская 8-я армия под командованием генерал-полковника фон Притвица. В германской армии было 14,5 пехотных и 1 кавалерийская дивизии, около 1000 орудий. Всего немецкие войска насчитывали около 173 тысяч человек. Против Австро-Венгрии, на Юго-Западном фронте, русские развёртывали 4 армии в количестве 14 армейских корпусов и 8 кавалерийских дивизий. Развертывание и подвоз на фронт частей из отдельных округов русской армии должны были закончиться к 40-му дню мобилизации.

С началом военных действий русское командование должно было принять меры для прикрытия границ и обеспечить сосредоточение и развертывание армии. Задача эта возлагалась на конницу. Одиннадцать кавалерийских дивизий, располагавшихся в приграничной полосе, должны были выполнять эту работу. Поэтому с объявлением войны эти кавалерийские дивизии выдвигались вперед и составляли завесу вдоль границы. К началу войны Россия обладала самой многочисленной в мире конницей. В военное время она могла выставить до 1 500 эскадронов и сотен. Казачья конница составляла более 2/3 численности всей русской кавалерии. В 1914 году общая численность казачьего сословия составляла уже 4,4 млн. человек, сведённых в одиннадцать казачьих войск.

Донское казачье войско, было самым крупным, год старшинства — 1570, центр Новочеркасск. В начале XX века в нём насчитывалось около 1,5 млн. лиц обоего пола. Административно Донская область делилась на 7 военных округов: Черкасский, 1-й Донской, 2-й Донской, Донецкий, Сальский, Усть-Медведицкий и Хопёрский. Было также два гражданских округа: Ростовский и Таганрогский. Ныне это Ростовская, Волгоградская области, Республика Калмыкия в России, Луганская, Донецкая области в Украине. Во время мировой войны Донское казачье войско выставило 60 конных полков, 136 отдельных сотен и полусотен, 6 пеших батальонов, 33 батареи и 5 запасных полков, всего свыше 110 тысяч казаков, которые получили за боевые заслуги в войне более 40 тысяч орденов и медалей.

Кубанское казачье войско, было вторым по численности населения, имело 1,3 млн. человек, год старшинства — 1696, центр Екатеринодар. Административно Кубанская область делилась на 7 военных отделов: Екатеринодарский, Майкопский, Ейский, Таманский, Кавказский, Лабинский, Баталпашинский. Ныне это Краснодарский, Ставропольский края, Республики Адыгея, Карачаево-Черкесия. В первой мировой войне участвовало 37 конных полков, 2 гвардейские сотни, 1 отдельная казачья дивизия, 24 пластунских батальона, 51 конная сотня, 6 батарей, 12 команд, всего 89 тысяч человек.

Оренбургское казачье войско по праву считалось третьим, год старшинства — 1574, центр Оренбург. Оно занимало 71106 кв. вёрст, или 44% территории Оренбургской губернии (165712 кв. вёрст), в нём насчитывалось 536 тысяч человек. Всего в ОКВ имелось 61 станица, 466 посёлков, 533 хутора и 71 выселок. Население войска состояло из 87% русских и украинцев, 6,8% татар, 3% нагайбаков, 1% башкир, 0,5% калмыков, немного пребывало в войске чувашей, поляков, немцев и французов. Существовало 4 военных округа: Оренбургский, Верхнеуральский, Троицкий и Челябинский. Ныне это Оренбургская, Челябинская, Курганская области в России, Кустанайская в Казахстане. В первой мировой войне призвано было 16 полков, гвардейская сотня, 2 отдельные сотни, 33 особые конные сотни, 7 артиллерийских батарей, три пеших местных команды, всего 27 тысяч казаков.

Уральское казачье войско, год старшинства — 1591, центр Уральск. Уральское войско имело 30 станиц, 450 посёлков и хуторов, в них проживало 166 тысяч человек обоего пола. Ныне это Уральская, Гурьевская (Атырауская) области республики Казахстан, Оренбургская область России. В военное время войско выставляло 9 конных полков, 3 запасных и 1 гвардейскую конные сотни, всего около 12 тысяч казаков. В отличии от других, служба в войске продолжалась 22 года: при достижении 18 лет казаков назначали на двухлетнюю внутреннюю службу, затем 15 лет полевой службы и 5 лет снова внутренней службы. Лишь после этого уральцев отчисляли в ополчение.

Терское казачье войско, год старшинства — 1577, центр Владикавказ. В Терском войске числилось 255 тысяч человек обоего пола. В административном отношении Терская область делилась на 4 отдела: Пятигорский, Моздокский, Кизлярский и Сунженский. В области числилось также 6 невойсковых округов. Ныне это Ставропольский край, Кабардино-Балкария, Северная Осетия, Чечня, Дагестан. В ПМВ участвовало 12 конных полков, 2 пластунских, 2 батареи, 2 гвардейские сотни, 5 запасных сотен, 15 команд, а всего 18 тысяч казаков, половина стали Георгиевскими кавалерами, а офицеры – все.

Астраханское казачье войско, центр Астрахань, ныне Астраханская область, Республика Калмыкия. В войске находилось 37 тысяч человек обоего пола. Старшинство было установлено с 1750 года, но история войска уходит вглубь веков к временам Золотой Орды. Этот город (Астра Хан – Звезда Хана) был основан как портовый и курортный ещё в те давние времена и имел большое значение. Войско выставило 3 конных полка и конную сотню.

Сибирское казачье войско, год старшинства — 1582, центр Омск, в своём составе имело 172 тысячи человек. Сибирская линия крепостей продолжала крупнейшую Оренбургскую оборонительную линию вдоль Тобола, Иртыша и других сибирских рек. Всего в войске было 53 станицы, 188 посёлков, 437 хуторов и 14 выселков. Ныне это Омская, Курганская области, Алтайский край в России, Северо-Казахстанская, Акмолинская, Кокчетавская, Павлодарская, Семипалатинская, Восточно-Казахстанская области в Казахстане. В период первой мировой войны в боях участвовало 11,5 тысяч казаков войска, составивших 9 конных полков, гвардейскую полусотню, четыре конные сотни в пешем дивизионе и три батареи.

Семиреченское казачье войско, центр Верный, в войске состояло 49 тысяч человек. Как и сибиряки, семиреки являлись потомками первопроходцев и покорителей Сибири и ведут своё старшинство с 1582 года. Казаки проживали в 19 станицах и в 15 выселках. Ныне это Алмаатинская и Чуйская области республики Казахстан. В ПМВ участвовало 4,5 тысячи казаков: 3 конных полка, 11 отдельных сотен.

Забайкальское казачье войско, год старшинства — 1655, центр Чита, в войске проживало 265 тысяч человек обоего пола. Ныне это Забайкальский край, Республика Бурятия. В ПМВ участвовало более 13 тысяч человек: гвардейская конная полусотня, 9 конных полков, 5 конно-артиллерийских батарей, 3 запасные сотни.

Небольшие войска Амурское и Уссурийское несли пограничную службу с таким большим государством как Китай, и это было их основное занятие. Амурское казачье войско, центр Благовещенск, (ныне Амурская область, Хабаровский край), оформилось в 1858 году из переселённых сюда забайкальских казаков. Позднее часть амурских казаков переселили на Уссури, где в 1889 году новая казачья община была организационно оформлена как Уссурийское казачье войско, центр Иман (ныне Приморский, Хабаровский края). Поэтому оба войска ведут своё старшинство с 1655 года, как и Забайкальское. В Амурском войске числилось около 50 тысяч человек обоего пола, в Уссурийском 34 тысячи. В ПМВ амурцы выставили 1 конный полк и 3 сотни, уссурийцы – трёхсотенный конный дивизион. Кроме того формировались Енисейское и Иркутское войска и они выставили по 1 конному полку. Также существовал отдельный Якутский казачий полк. Уже в ходе войны, в начале 1917 года, стало формироваться Евфратское казачье войско, по преимуществу, из армян, но образование этого войска было прервано Февральской революцией.

Все казачьи войска востока, за исключением Уральского Войска были образованы решением русского правительства. Пограничная линия казачьих областей тянулась от Дона до реки Уссури. Даже после вхождения Средней Азии и Закавказья в состав России казачьи поселения оставались на занимаемых территориях, сохранили особое внутреннее устройство, составляли особый разряд иррегулярных войск и в мирное время выставляли на службу определённое количество войск. Казачьи войска вступали в войну по установленному порядку мобилизации. С объявлением войны все казачьи части прирастали полками второй и третьей очередей, и количество казачьих войск увеличивалось в три раза. Всего в годы первой мировой войны казачество выставило 164 полка, 177 отдельных и особых сотен, 27 конно-артиллерийских дивизионов (63 батареи), 15 отдельных конно-артиллерийских батарей, 30 пластунских батальонов, запасные части, местные команды. Итого казачество в годы войны выставило свыше 368 тысяч человек: 8 тысяч офицеров и 360 тысяч нижних чинов. Казачьи полки и сотни распределялись между армейскими соединениями или же составляли отдельные казачьи дивизии. Наряду с казачьими отдельными дивизиями, существовавшими в мирное время, в военное время было создано 8 казачьих отдельных дивизий и несколько отдельных бригад. Офицеров для казачьих войск, помимо общих военных училищ, готовили в Новочеркасском, Оренбургском, Иркутском и Ставропольском казачьих военных училищах. Командный состав до командиров полков включительно был казачьего происхождения, командование соединений назначалось в общеармейском порядке.
Хозяйственное положение в казачьих областях накануне войны было весьма приличным. Казаки имели около 65 млн. десятин земли, из них 5,2% находились во владениях собственников, помещиков и высших офицеров, 67% в общинном владении станиц и 27,8% земли войскового запаса для подрастающих казаков и земли общего пользования (водные ресурсы, полезные ископаемые, леса и пастбища). В начале XX века в среднем на 1 казака выделялось: в Донском войске – 14,2; в Кубанском – 9,7; в Оренбургском – 25,5; в Терском – 15,6; в Астраханском – 36,1; в Уральском – 89,7; в Сибирском – 39,5; в Семиреченском – 30,5; в Забайкальском – 52,4; в Амурском – 40,3; в Уссурийском – 40,3 десятины земли. Среди казаков имело место неравенство: 35% казачьих хозяйств всех войск числились бедняцкими, 40% середняцкими и около 25% богатыми. Однако по разным войскам цифры были разные. Так в ОКВ бедняцкие дворы составляли 52%, середняцкие – 26%, богатые – 22%, причём хозяйств сеющих до 5 десятин было 33,4%, до 15 десятин – 43,8%, свыше 15 десятин – 22,8% хозяйств, но они засевали 56,3% всего посевного клина. Несмотря на расслоение, в целом казачьи хозяйства по сравнению с крестьянскими были более состоятельными, полнокровными и многоземельными. При этом воинская повинность казаков превышала повинность, падающую на остальное население России примерно в 3 раза: 74,5% казаков призывного возраста привлекались на службу, против 29,1% у неказаков. В начале XX века у казаков бурное развитие получила соседская, родственная, сбытовая, производственная кооперация, когда инвентарь и механизмы покупались и использовались «в складчину», а работы осуществлялись коллективно, «в помощь».
В рамках соседской и родственной кооперации в 1913 году на каждые 2-3 казачьих хозяйства Оренбуржья приходилась 1 жнейка. Кроме того в ОКВ было 1702 сеялки и 4008 веялок. Богатые хозяйства использовали паровые котлы, локомобили, лебёдки и транспортёры. Для облегчения условий приобретения машин и механизмов, Войсковые хозяйственные управления стали закупать их за счёт войскового капитала и выделять казацким хозяйствам на основе льготного кредита. За первое десятилетие ХХ века только в ОКВ казакам было отпущено в кредит: 489 однолемешных и 106 двухлемешных плугов, 3296 сенокосилок, 3212 конных грабель, 859 жнеек-лобогреек, 144 сеносброски, 70 молотилок и много другой техники и запчастей. Улучшилось качество обработки почвы и повысилась производительность труда. Конная сеялка снижала расход семян с 8 до 6 пудов на десятину, повышала урожайность с 80 до 100 пудов на десятину, одна заменяла 10 сеятелей с лукошком. Обычная жнейка за рабочий день убирала хлеб на площади 5-6 десятин и заменяла труд 20 косарей. Повысилась урожайность. В 1908 году в Челябинском и Троицком уездах собрали 22 млн. пудов зерна, в т.ч. 14 млн. пудов высококачественной твёрдой (макаронной) пшеницы. Урожайность составляла более 80 пудов с десятины, этого хватало на прокорм семей и скота, а часть вывозилась на рынок.

Огромную роль в казачьих хозяйствах играло животноводство. Особенно благоприятные условия для этого имелись на Северном Кавказе и на Урале, где хорошо развивались коневодство, молочное и мясное животноводство и овцеводство. На базе кооперации на Урале и в Сибири бурное развитие получила маслодельная промышленность. Если в 1894 году было всего 3 маслозавода, то в 1900 году уже 1000, в 1906 около 2000, в 1913 – 4229, значительная часть их находилась в казачьих селениях. Это привело к бурному развитию молочного животноводства, резкому улучшению породности стада и повышению его продуктивности. Наряду с молочным животноводством было развито коневодство. Основной тягловой силой в казачьих хозяйствах были лошади и быки, поэтому эти отрасли особенно развивались. В каждом хозяйстве имелось по 3-4 рабочих лошади, по 1-2 строевых коня, а к 1917 году в среднем на двор приходилось около 5 коней. В ОКВ без рабочих лошадей было 8% хозяйств, 1-2 головы имели 40% хозяйств и 22% хозяйств имели 5 и более голов, в среднем на каждые 100 казаков приходилось 197 голов лошадей. В число указанных коней не входили строевые кони, их запрещалось использовать на сельхозработах. На Урале и в Сибири в табунах преобладали строевые кони Башкирской и Киргизской пород, на Дону кони Орловской и Донской породы, на Кубани кроме того широко применялись кони Кавказских пород. Каждый уважающий себя казак должен был иметь как минимум одного специально обученного и выдрессированного строевого коня.
В станицах содержались табуны лошадей личные, общественные и войсковые. Кони выращивались в основном из местных пород, но отдельные энтузиасты разводили и выращивали текинских, арабских и английских коней. Отличные верховые лошади получались от скрещения английской лошади с арабской – англо-арабы. Наши степные лошади, улучшенные английской кровью, также давали великолепных полукровок. К 1914 году число конезаводов увеличилось до 8 714 единиц. В них числилось 22 300 породистых жеребцов и 213 208 маток. Несмотря на такое завидное экономическое положение, сборы казаков на службу сопровождались большими экономическими издержками, более половины доходов семьи тратилось на приобретение коня и справы. Для частичной компенсации этих расходов на каждого новобранца из казны выделялось по 100 рублей. Пособие казакам на руки не выдавалось, а выдавалось станицам, которые и приобретали коня и снаряжение. На полях также паслись многочисленные отары овец и коз. В начале ХХ века в станицах уже действуют не только ветряные и водяные мельницы, но и паровые.

Большое значение в казачьих хозяйствах имели промыслы, там, где они процветали, станицы были самыми богатыми. На Тереке, Кубани и Дону процветало виноградарство и виноделие, во всех войсках большое развитие имели традиционные казачьи промыслы: пчеловодство, рыболовство, охота и звероловство. На Урале особенно были развиты горно-добывающие промыслы. Например, на Кочкарском прииске Анонимного общества по добыче золота (станица Коельская ОКВ) работало 3,5 тысячи человек. Богатейшей была станица Магнитная (ныне Магнитогорск), казаки которой испокон веков занимались добычей и извозом железной руды на Белорецкие заводы. Больших успехов достигли оренбургские казаки в таком искусном промысле, как вязание пуховых шалей, шарфов, вуалей, кофт и перчаток. Пуховязание процветало во всех отделах войска, для получения пуха разводили особые породы «пуховых коз». В станицах регулярно по четвергам и субботам проводились базары, а дважды в год, в январе и в июне ярмарки. Некоторые ярмарки, например Троицкая, имели Всероссийское значение. Но всё это мирное благополучие, с началом войны, оставалось в прошлом.

Война надолго отвлекла от хозяйства наиболее здоровую и работоспособную часть казачества. Отправив по несколько молодых и сильных казаков на фронт, казачьи хозяйства хирели и приходили в упадок, а некоторые даже разорялись. Для поддержания семей мобилизованных казаков им стали выдавать казённое пособие и разрешили использовать труд военнопленных. С экономической точки зрения это имело определённое положительное значение, но одновременно, в условиях дефицита в селениях молодых здоровых мужчин, создавало непростые нравственные проблемы. Однако Россия знала в своей истории и куда более суровые и трагические военно-хозяйственные испытания и выходила из них достойно, если во главе её стоял волевой и целеустремлённый руководитель, умевший объединить вокруг себя народ и элиту. Но это был не тот случай.

19 июля по старому стилю рано утром во всех частях русской армии была получена телеграмма с объявлением войны Германией, что служило началом военных действий. Следует сказать, что надежды царя и правительства на пробуждение патриотических и национальных чувств поначалу вполне оправдались. Сразу прекратились беспорядки и забастовки, патриотический подъём непритворно охватил народные массы, повсюду шли верноподданнические манифестации. Взрыв патриотизма в начале Войны был невероятным. Мальчишки тысячами бежали на фронт. Только на станции Псков за месяц были сняты с воинских эшелонов более 100 подростков. Три будущих маршала СССР, тогда не подлежащие призыву, бежали из дома и участвовали в боях. Александр Василевский ради фронта бросил духовную семинарию, Родион Малиновский в Одессе спрятался в воинском поезде и убыл на фронт, Константин Рокоссовский явился к командиру части, вступившей в Польшу, и уже через несколько дней стал георгиевским кавалером.
Порядок и организованность в мобилизации (на мобилизационные пункты явилось свыше 96% подлежащих призыву), чёткая работа тыла и железных дорог, вновь воскресили в правящей элите желанную веру в единство народа. Российская, как и три другие могучие империи, смело и решительно шагали в расставленные для них ловушки, при этом были охвачены всеобщей эйфорией. Но это уже совсем другая история.
Часть II, 1914 год

Первая мировая война, которая стала борьбой техники и экономики, начиналась почти как во времена Аттилы и Чингисхана - с кавалерийских набегов, рейдов по тылам, сабельных схваток и угона у противника скота. В августе 1914 года первыми в бой пошли огромные массы конницы, десятки тысяч кавалеристов, у которых сабли, шашки, палаши и даже пики всё ещё считались главным оружием. Войну начали великие кавалерийские державы. Самой многочисленной конницей обладала Россия — почти 100 тысяч всадников в мирное время. После мобилизации, в основном за счёт казаков, численность русской кавалерии могла быть увеличена в разы. Второй по численности кавалерией Европы была германская — почти 90 тысяч всадников. Даже в промышленной Германии, где половина населения уже проживала в городах, генералы всё ещё считали невозможным обойтись без кавалерии с саблями и пиками. Третьей в Европе была французская кавалерия, насчитывавшая 60 тысяч всадников, среди которых, по наследству от Наполеона, всё ещё существовали кирасирские полки, а аналогом русских казаков были «спаги» — легкая конница из кочевников Северной Африки. К 1914 году полевая форма французского кирасира включала алые штаны и перчатки, блестящую золочёную кирасу и столь же яркий шлем, украшенный конским хвостом. Уже все армии мира были вооружены пулеметами, появились первые бомбардировщики и автоматические пушки, готовилось химическое оружие, а кавалерия европейских держав всё ещё готовилась атаковать со средневековыми копьями. Французские драгуны вооружались пиками на трехметровом бамбуковом древке. В промышленной Германии развитые технологии обернулись тем, что все кавалеристы кайзера носили пики на цельнометаллических пустотелых древках длинной почти три с половиной метра. Новейший образец пики для русской кавалерии был утвержден в 1901 году, почти одновременно с официальным принятием на вооружение пулемёта «Максим». Регулярная конница Австро-Венгрии насчитывала почти 50 тысяч всадников, половину из которых составляли венгерские гусарские полки. Венгры вели свою родословную от кочевых народов Азии - угров. Венгерская степь-«пушта» между Дунаем и Тиссой в начале ХХ века кормила почти 4 миллиона лошадей, местные породы считались одними из лучших в Европе. Сочетание австро-немецкой военной школы и венгерских всадников давало одну из лучших кавалерий того времени.

Всемирная катастрофа началась с того, что 28 июля 1914 года Австро-Венгрия объявила войну Сербии. В тот же день по приказу высшего командования русской императорской армии к австрийской границе двинулась 2-я Сводная казачья дивизия. Она состояла из донских, терских и кубанских казаков и в мирное время располагалась на правобережье Днепра на территории современных Винницкой и Хмельницкой областей Украины. С германским кайзером царь Николай II всё ещё надеялся договориться и на немецкой границе войска стояли неподвижно. А движение войск к австрийской границе и частичную мобилизацию Россия начала якобы в целях давления на Австро-Венгрию. Поэтому расположенная на Украине казачья кавалерия стала первой частью русской армии, покинувшей казармы и выступившей на ещё необъявленную войну.

Сводная казачья дивизия должна была прикрывать мобилизацию и сосредоточение войск 8-й армии генерала Брусилова, которой требовалось несколько недель, чтобы получить пополнения и подкрепления из внутренних губерний России. И в первую неделю августа 1914 года линией фронта стала пограничная река Збруч, приток Днестра, разделявший владения Австрийской и Российской империй на Украине. Казаки препятствовали австрийской конной разведке переправиться через реку, и сами пытались переплывать Збруч, чтобы разведать положение на территории противника. После нескольких перестрелок первые потери казаки понесли утром 4 августа 1914 года, когда были тяжело ранены двое рядовых из 1-го Линейного полка Кубанского казачьего войска. Фактически, это были первые русские потери Великой войны 1914-18 годов. При этом официально Россия и Австро-Венгрия ещё не были в состоянии войны. Представитель Вены в Санкт-Петербурге граф Фридрих Сапари, наполовину немец, наполовину венгр, вручит ноту об объявлении боевых действий двумя сутками позднее.

В первые дни конфликта на австрийском фронте донским, терским и кубанским казакам из 2-й Сводной казачьей дивизии противостояли четыре гусарских полка 5-й кавалерийской дивизии Австро-Венгрии, состоявшие в основном из венгров. 4 августа они перешли границу и казаков атаковали самые настоящие гусары, в расшитых витыми шнурами разноцветных куртках-«доломанах», знакомых каждому читателю по образам ещё 1812 года. Мундир дополняли крапово-красные, яркие кавалерийские галифе-«чикчиры». У венгров гусарский френч именовался «аттила» - сам термин «гусар», восходит к венгерскому Huszar, обозначавшему легкую степную кавалерию, а расшитые шнурами куртки действительно восходят к эпохе Великого переселения народов и гуннам Аттилы, легендарным предкам угров-венгров. В Великой Войне казаки первыми встретили врага и одержали в ней первую победу. Генерал Краснов П. Н. писал позднее: «Венгерская конница поразила своею доблестью в конных атаках. Шла на пулемёты в сомкнутых строях… Затем приняла атаку конных линейных сотен… Искусством и необычайною храбростью линейных офицеров и казаков она была побеждена, опрокинута и доведена до паники…а ночью совершенно разгромлена у Сатанова».
Чуть позднее 21 августа у деревни Ярославице (30 км западнее Тернополя) 10-я кавалерийская дивизия под командованием графа Ф.А. Келлера в знаменитом встречном конном бою наголову разгромила считавшихся лучшими в австро-венгерской армии «белых драгун» 4-й кавалерийской дивизии, превосходивших келлеровцев по численности. Участь боя решил сам Фёдор Артурович – «первая шашка России». С командой «штаб и конвой в атаку за мной» он бросился в контратаку и смял прорвавшихся в тыл австрияков. Сам Келлер не был природным казаком, но всю жизнь служил с казаками и был поверстан в казаки поселка Наследницкий Оренбургского войска (сейчас в Челябинской области) по именному указу Николая II (предположительно, в связи с тем, что был лютеранин). Особенно отличились сотни 1-го Оренбургского казачьего полка, которые прорвались в тыл неприятеля, отрезали ему путь отступления за реку и завершили разгром. В бою отличился также 3-й Донской казачий артиллерийский дивизион. Эти победы окрылили нашу конницу. Ведь Наполеон говорил: «… исход сражений на три четверти определяет дух войск и только на четверть – соотношение сил». Все отличившиеся в бою были награждены.
Однако эти победы были достигнуты в результате удачных контрударов по бездумно (если не сказать безумно) атакующему противнику. Вместе с тем, уже первые столкновения в пограничной полосе показали, что при современной военной технике и огневых средствах глубокие рейды в тылы и прорыв фронта противника трудноосуществимы и задачи, возлагавшиеся оперативными планами на конницу, в большинстве случаев ей не по силам.

2 августа рано утром во всех частях русской армии была получена телеграмма с объявлением войны Германией России, что служило началом военных действий на германском фронте. К началу войны точно не было известно об окончательном решении германского Генерального штаба, в какую сторону будет направлен главный удар — на Россию или Францию. Решение это имело важное значение, так как от него зависела деятельность армии союзников и определялся ход операций. Немцы держали инициативу в своих руках. В полном соответствии с планом Шлиффена германская армия именно на Западном фронте перешла в решительное наступление, и двигалась правым флангом на Льеж, тем самым нарушив нейтралитет Бельгии. Нарушение Германией нейтралитета Бельгии, гарантированного Англией, поставило последнюю в необходимость выступить для ее защиты. Англия 4 августа объявила войну Германии и выступила против неё на стороне союзников — конфликт быстро становился мировым.
Следует сказать, что при общем равенстве предвоенных ошибок и просчётов со стороны военно-политического руководства стран блоков Антанты и Тройственного союза были и нюансы, которые позволили в начале войны Германии иметь некоторое военное преимущество. Одним из главных было превосходство рейхсвера в тяжёлой артиллерии. К началу войны Германия имела 1688 тяжёлых орудий полевой артиллерии, Австро-Венгрия – 168, Россия – 240, Великобритания – 126, Франция – 84. Это было вызвано тем, что германское командование всегда исходило из того, что им придётся прорывать мощные линии приграничных крепостей и укрепрайонов, для чего существовали соединения мощной и сверхмощной дальнобойной и осадной артиллерии. Однако уже в самом начале войны для этой артиллерии было найдено и другое достойное применение, контрбатарейная борьба. Особенно катастрофическое положение сложилось на франко-германском фронте. По количеству тяжёлых орудий германцы превосходили французов в сотни раз. Германская армия, используя преимущество в дальнобойных орудиях большого калибра, безнаказанно уничтожала на больших дистанциях легкую полевую артиллерию французов и наносила тяжелые потери живой силе. С помощью разведывательных сведений с аэропланов и аэростатов, германская тяжёлая артиллерия быстро привела к молчанию всю легкую полевую артиллерию французов.
Пехотные части остались без огневой поддержки артиллерии и союзные войска расстреливались безнаказанно германской артиллерией. Армии Франции на всем фронте, неся тяжелые потери от огня артиллерии противника отступали. Между армией Бельгии и левым флангом 5-й армии французов произошёл разрыв, и их отступление пошло в разных направлениях. Но так как во всех неудачах высшего начальства обычно находят виноватых из подчиненных, французский главком Жоффр, заручившись согласием военного министра Мессими, стал производить беспощадную чистку высшего командного состава. В армии вводилась жестокая дисциплина, сопровождавшаяся требованиями держать позиции, не считаясь с потерями. Отступающие союзные армии отходили на линию реки Марны, в 40 км от Парижа.

2 сентября правительство Франции бежало в Бордо. Но выйдя на линию реки Марны, германское командование резервов уже не имело, они поехали на восток спасать Восточную Пруссию. На Марне начались упорные бои. В это время командующий обороной Парижа генерал Гальени быстрой переброской 6-й армии со стороны Парижа вывел ее на правый фланг наступавшего фронта германцев и решил участь сражения. Фронтальные атаки германских армий сдерживались большими усилиями французских армий, но при появлении армии на фланге, генерал фон Мольтке не проявил качеств своего дяди, старшего Мольтке, и не выполнил завет генерала фон Шлиффена усиливать правый фланг, а приказал армиям отступить.

10 сентября началось общее отступление германских армий по всему фронту. В это же время бельгийская армия отступила к Антверпену, и бельгийское правительство в целях обороны вскрыло шлюзы во время прилива и затопило водой значительную часть страны. Наступление германской армии было остановлено. В германской армии Верховное командование принадлежало кайзеру, а действительный Главнокомандующий занимал должность начальника Генерального штаба. В начале войны им был генерал фон Мольтке. За неудачи он был отрешен, и на его место назначен генерал фон Фалькенхайн.

По договору с французским генеральным штабом Россия, в случае если Германия направит главный удар на Францию, обязывалась начать наступление своих войск на Австрию и Восточную Пруссию, чтобы всячески облегчить положение на французском фронте. При этом, выбор направления главного удара на Востоке сохранялся за русским командованием, и главной целью оно поставило наступление против Австрии. 18(6) августа началась Галицийская битва — огромное по масштабу задействованных сил сражение между русскими войсками Юго-Западного фронта под командованием генерала Иванова и австро-венгерскими армиями под командованием эрцгерцога Фридриха.

Против Австрии было развернуто четыре русских армии: 3-я, 4-я, 5-я, 8-я и в ходе операции была сформирована ещё одна 9-я. К началу операции в составе Юго-Западного фронта была сосредоточена мощная группировка казачьих частей, а в ходе операции подошли эшелоны с 3-й, 4-й и 5-й Донскими казачьими дивизиями. Общая численность казачьих частей на фронте превышала 20 тысяч человек. Против русских армий Юго-Западного фронта были развернуты четыре австрийские армии и одна армейская группа. Русские войска перешли в наступление по широкому (450-500 км) фронту, имея центром наступления Лемберг (Львов). Боевые действия армий, происходившие на протяжённом фронте, разделились на многочисленные независимые операции, сопровождаемые как наступлениями, так и отступлениями с обеих сторон. План русского командования на окружение австрийской армии был построен на неверных сведениях, добытых агентурным путем, о развертывании австрийских армий к востоку и северу от реки Сан. В действительности развертывание австрийской армии производилось к западу от этой реки. Наступая с севера в направлении на Перемышль, части 4-й русской армии опасно ставились под фланговый удар с запада. В ходе наступления в особенно тяжелом положении оказался 19 армейский корпус 5-й армии, попавший в полное окружение. Но конной атакой 1-й и 5-й Донских казачьих дивизий в тыл 11 австрийского корпуса австрийцы были отброшены, и корпус вышел из окружения. Одновременно 3-я и 8-я русские армии успешно вели наступление с линии Дубно — Проскуров в юго-западном направлении на фронт Львов — Галич и 20 августа 3-я армия заняла Львов, Галич и Николаев. В это же время 4-я и 5-я армии под давлением противника отошли в исходное положение. Русское командование произвело перегруппировку войск.

До 12 сентября австро-венгры не прекращали отчаянных попыток отбить Львов, ожесточённые бои шли на 30-50 км западнее и северо-западнее города, но окончились полной победой русской армии. С 12 сентября началось общее отступление австрийской армии, более походившее на бегство. Русская армия в короткий срок захватила огромную, стратегически важную территорию — Восточную Галицию и часть Буковины. К 26 сентября фронт стабилизировался на расстоянии 120-150 км западнее Львова. Сильная австрийская крепость Перемышль оказалась в осаде в тылу у русской армии. В битве за Галицию австрийские войска потерпели поражение. Таким образом, планы германского командования быстро уничтожить силы противника на Западном фронте и удержать Восточный фронт силами австро-венгерской армии потерпели крах. В ходе этой операции армия Российской империи выполнила свой союзнический долг, что на время спасло Сербию от разгрома.

Гораздо худшие последствия имели первые пограничные сражения для 1-й и 2-й русских армий на фронте Восточной Пруссии. Создавшееся тяжелое положение французской армии и угроза полного ее разгрома требовали со стороны русского командования немедленной и энергичной помощи, перехода армий в наступление на Восточном фронте против Германии. Наступление начиналось, когда армии еще не получили пополнения второочередных дивизий и не были доведены в составе до штатов военного времени. Несмотря на это у русских армий было численное преимущество, а в кавалерии подавляющее. К моменту перехода в наступление войск Северо-Западного фронта в него входило около 20 казачьих полков и 16 отдельных сотен общей численностью свыше 20 тысяч человек.

Уже в первых боях определилось преимущественное значение тяжелой артиллерии в полевых войсках германской армии, производившей не только сильный моральный эффект, но и большие потери. Также выявилась необходимость обеспечения надёжной связи между войсковыми частями, которой в русской армии не было. В первоначальных, как и последующих, операциях русских войск в Пруссии характерным было то, что при наличии большого количества и лучшей по качеству русской конницы совершенно отсутствовала между частями связь. Конница не знала, что происходит на фронте главных сил, фланги которых она обеспечивала, а в армии не было никаких сведений о деятельности конницы. Тем не менее, при мощном давлении русских войск 1-й армии была одержана победа при Гумбиннене. При взятии Гумбиннена (ныне г. Гусев Калининградской области) особенно отличился 39-й Донской казачий полк, который спешенными сотнями ночью атаковал германские части оборонявшие город. Не выдержав атаки, вражеский гарнизон отступил за реку Ангерапп. Казаки также первыми вошли в Гольдап, Арис, Элк, Бишофштейн. В составе кавалерийской группы Хана Нахичеванского успешно действовал 3-й Донской казачий полк, а 51-й Донской казачий полк 17 августа 1914 года занял исторически памятный для России Тильзит (ныне г. Советск Калининградской области). 47-й и 48-й Донские казачьи полки проявили свою воинскую выучку под Прейсиш-Эйлау (ныне г. Багратионовск Калининградской области), Фридланд, т.е. в тех памятных местах, где более ста лет назад их прадеды мужественно сражались с войсками Наполеона. На левом фланге 1-й армии доблестно воевал 1-й Донской казачий полк, особо отличившийся в середине августа в рейде на город Алленштайн. В штабе 8-й германской армии возникла страшная паника, и командующий генерал фон Притвиц принял решение оставить Восточную Пруссию, отойти за Вислу и приступил к эвакуации войск на запад железнодорожным транспортом. Причём немцы в докладах своему генштабу даже опасались, что уровень воды в реке низок и не остановит русских. В Пруссии воцарился страшный переполох. Он ещё более усиливался из-за беженцев, которые распространяли панические слухи о диких казаках, «насаживающих на пики немецких младенцев и насилующих женщин».

План Шлиффена однако, допускал возможность поражения на Восточном фронте и отхода заслона в глубь Германской империи. Считалось, что при этом ни в коем случае нельзя снимать дивизии с Западного фронта, чтобы гарантированно разгромить французскую армию и избежать войны на два фронта. Однако решение Притвица не приняли в Берлине, где побоялись политических и моральных последствий от потери Восточной Пруссии. Кёнигсберг считался вторым по важности городом Второго рейха. Город считался сердцем Германской империи, местом коронации прусских королей. Восточная Пруссия была родовым гнездом многих военных и дворян, прусское юнкерство занимало важное место в германской иерархии. Германская Ставка решила Восточную Пруссию не сдавать и перебросить с Западного фронта два корпуса (11 армейский и гвардейский резервный) и 8-ю кавалерийскую дивизию. Таким образом, психология победила стратегию. Это решение спасло Восточную Пруссию от захвата русскими войсками, но сыграло роковую роль в битве на Марне. Тактический успех германской армии на Восточном фронте за счёт переброски войск с Западного фронта привел в итоге к стратегическому поражению Германии на Западе. Германии пришлось вести затяжную войну на два фронта. А в такой войне ресурсы Центральных держав сильно проигрывали потенциалу стран Антанты.

22 августа начальник Генерального штаба фон Мольтке сместил «паникера» Притвица и заменил его вызванным из отставки генералом фон Гинденбургом, а начальником штаба 8-й армии стал фон Людендорф. Эти два генерала оказались более достойными учениками Мольтке-старшего. Они не стали разворачивать идущие на запад воинские эшелоны, а выгрузили их в полосе наступления 2-й русской армии. Этот манёвр не был известен русскому командованию и позволил германцам создать резерв в полосе наступления 2-й армии. Вместе с этим с бельгийского фронта были сняты два армейских германских корпуса и кавалерийская дивизия и отправлены на Восточный фронт. Кроме того, два германских резервных корпуса, формировавшиеся внутри страны и предполагавшиеся для отправки на Западный фронт, были задержаны и отправлены для действий на Восточном фронте. Как писал потом французский генерал Дюпон: «…от этой ошибки начальника германского генерального штаба генерала фон Мольтке, другой Мольтке, его дядя, должен был перевернуться в гробу...». В результате этой ошибки и произошло «чудо на Марне». А Первый Лорд британского Адмиралтейства У. Черчилль в статье в газете «Дейли телеграф» написал: «Чудо на Марне», было выиграно русскими казаками», но это было пафосное преувеличение. Главная заслуга в победах 1-й русской армии принадлежит стрелковым частям, а вот паники среди войск и населения противника своими разведками, набегами и рейдами в прифронтовой полосе казаки посеяли немало.

Справедливости ради следует сказать, что провал плана Шлиффена ставить в заслугу исключительно только деятельности русской армии, а тем более казаков, будет явным преувеличением. План начал трещать с самого начала войны по нескольким важным направлениям, а именно: 1. Произошёл отказ Италии от вступления в войну на стороне Тройственного союза, а это было совершенно необходимым условием для успеха всего плана. Во-первых, итальянская армия, выдвинутая на границу с Францией, должна была отвлечь на себя значительную часть французских войск. Во-вторых, итальянский флот, объединённый с австрийским, представлял бы серьёзную угрозу коммуникациям Антанты в Средиземном море. Это вынудило бы англичан держать там крупные силы флота, что в итоге привело бы к утрате ею абсолютного господства на море. В реальности же и германский и австрийский флоты оказались практически заблокированными в своих базах на протяжении всей войны.

2. Неожиданно стойкое и упорное сопротивление германцам оказала нейтральная Бельгия. Несмотря на то, что армия Бельгии составляла всего десятую часть от армии Германии, бельгийские солдаты стойко держали оборону страны около месяца. Немцы использовали гигантские пушки «Большая Берта», чтобы уничтожить бельгийские крепости в Льеже, Намюре и Антверпене, но бельгийцы упорно не сдавались. Кроме того нападение Германии на нейтральную Бельгию заставило многие нейтральные страны пересмотреть свои взгляды относительно Германии и кайзера Вильгельма.

3. Мобилизация России проходила быстрее, чем предполагали немцы, а вторжение русских войск в Восточную Пруссию полностью обескуражило германское командование. Эти события заставили командование перебросить больше войск на восточный фронт. Но это распыление привело к обратным результатам. После победы в битве при Танненберге в начале сентября 1914 года (разгром 2-ой русской армии у Мазурских озёр) немецкая армия больше не выигрывала больших сражений ни на одном фронте.

4. В связи с некоторой заминкой немцев в Бельгии, Франция успела перебросить большее количество войск к границам. Немцы очень недооценили возможности переброски французских войск, и это привело к значительным задержкам в их продвижении по Франции. Французы перебрасывали войска на фронт любыми способами - даже на такси. В критический момент сражения за Париж 1300 парижских такси Renault AG-1 были мобилизованы генералом Гальени и за одну ночь перевезли более 6000 солдат из Парижа на берег реки Марны. К утру они окопались и закрыли брешь в обороне. Благодаря неуёмной энергии генерала Гальени к приходу немцев к границам Парижа, Франция уже была вполне готова к военным действиям.
А части 2-й русской армии вели наступление в обход Мазурских озёр. Грунт большинства дорог в полосе наступления был песчаный, трудный для движения и в особенности для транспорта. Стояла невыносимая летняя жара. Лошади были бессильны тянуть подводы. Войска не видели обозов, дневок не давалось, что обессиливало лошадей и людей, в течение нескольких дней не видевших своих кухонь. В штабе 2-й армии о действительном положении противника известий не имели, сопротивление противника было слабым, создавалось впечатление, что армия наступает «в пустоту».

У 1-й армии Ренненкампфа дела шли хорошо, поэтому, чтобы разгромленная немецкая армия совсем не сбежала за Вислу, ему приказали на 2 дня остановиться, а 2-ю армию подгоняли. Командующий Юго-Западным фронтом торопил: «Германские войска после тяжелых боёв, окончившихся победой генерала Ренненкампфа, поспешно отступают, взрывая за собой мосты. Перед вами противник оставил, по-видимому, незначительные силы. Поэтому, оставив один корпус у Сольдау и обеспечив левый фланг надлежащим уступом, всеми остальными корпусами сами энергично наступайте». Вместе с тем о положении и составе 2-й русской армии в штабе германского командования имелись точные сведения, найденные в сумке убитого офицера, и затем из перехваченных незашифрованных радиопередач штаба 2-й армии в ставку фронта.

Надо отметить, что у немцев с разведкой дело обстояло хорошо, добропорядочные местные бюргеры разными способами сообщали подробности о наступающих русских войсках, часто просто по телефону и телеграфу. Зная расположение и точные задачи корпусам 2-й армии, германское командование в распределении войск действовало наверняка. Вместе с тем, телефонная связь между русскими штабами, ввиду порчи проводов местным населением, не действовала. 15 и 13 корпуса глубоко продвинулись вперед, не имея между собой и штабом армии телефонной связи. В результате оба корпуса были обойдены немцами и окружены, связь между частями была нарушена, руководство частями было утеряно, и бои распались на отдельные участки. К тому же в тыл русским батальонам ударили ещё недавно «мирные немецкие горожане». Русским корпусам был отдан приказ отходить на юг, но было уже поздно.

Окружающее кольцо германскими частями замкнулось, и части 15 и 13 корпусов были уничтожены или попали в плен. В плену оказались оба командира корпусов генералы Мартос и Клюев. Германское кольцо окружения было слабым, его вполне можно было пройти. Немцы перекрывали наиболее важные пути небольшими заслонами. Однако генералы решили «во избежание ненужного кровопролития» сдаться. В окружение попали также 6-й, 21–й и 40-й Донские казачьи полки. Командир 40-го полка отказался выполнить приказ командира 13-го корпуса о сдаче в плен и совместно с пехотными полками казаки прорвали кольцо немецких войск у Валендорфа, но понесли при этом очень большие потери. При прорыве полк потерял отважного командира, 20 офицеров и половину личного состава, но пробился к своим и вывел за собой большое количество пехоты. Подъесаул Пушкарёв и полковой знаменщик старший урядник Арженовсков сумели спасти полковое знамя и на себе вынести его. 6-й Донской казачий полк под командой полковника А.Н. Исаева наголову разбил немцев из кольца оцепления в лесах у города Вилленберга и захватил переправу у деревни Хоржеле. Это позволило выйти из окружения большей части 23 армейского корпуса. Из расположения 15 корпуса с тяжёлыми боями удалось пробиться к своим только 4 офицерам и 312 казакам 21-го Донского казачьего полка. Урядник этого полка Соловьёв, раненым попал в плен, но сумел спасти полковое знамя. Из плена он сумел передать весть о месте нахождения знамени. Казаки реже всех других, даже гвардейцев, сдавались в плен, а которые попали в плен к германцам, не могли долго мириться с подобной участью.

Существует множество документальных свидетельств о смелых побегах казаков из плена. В этой связи в ноябре 1916 года было принято специальное постановление Военного Совета, согласно которому все нижние чины, бежавшие из плена, после тщательной проверки, направлялись в Петроград, где им торжественно вручались Георгиевские медали «За смелый побег». Причём казакам медали вручал лично император, а всем остальным начальник Генерального штаба. Всего у Мазурских озёр смогли прорваться и выйти из окружения только 170 офицеров и 10 300 человек рядовых.

Командующий армией генерал Самсонов, видя гибель армии и своих тщеславных иллюзий, справедливо опасаясь возможного плена и жестоких разборок в Ставке и у Императора, застрелился. А между тем, русскому высшему командованию до командиров корпусов включительно была известна игра германского Генерального штаба в 1912 году и решение провести окружение наступающей со стороны Варшава-Млава русской армии. В 1914 году германцами был проведён в действие фактически тот же план против 2-й армии, разгром её фланговых частей и окружение в лесных болотах. Несмотря на наличие этих сведений, ни в одном высшем штабе русского командования, и даже у командующего 2-й армией генерала Самсонова, не появилась мысль о действительном замысле противника. В то время как 1-я русская армия направлялась в пустое пространство, имея соблазнительную цель прямого движения на Кенигсберг, 2-я армия подталкивалась на быстрое движение, географически исключавшее возможность для действия крупных вооруженных сил. Влезая в болота, части 2-й армии сами облегчали германской армии свое уничтожение. Тяжелое положение на фронте 2-й армии вскоре стало настолько очевидным, что главнокомандующий Юго-Западным фронтом послал в штаб 1-й армии телеграмму, сообщавшую, что «части, отступавшие перед Вами, перевезены по железной дороге на фронт 2-й армии и упорно атакуют у Бишофсдорфа, Гогенштейна и Сольдау. Алленштайн занят германцами».

Германское командование, покончив с частями 2-й армии, решило аналогично произвести разгром корпусов 1-й армии. К этому времени к немцам на Восточный фронт уже прибыли корпуса с Западного фронта и вступили в дело. Удар они направили на левый фланг и тылы 1-й армии. Командующий армией генерал Ренненкампф при первых признаках наступления германцев на фланг и тыл его армии понял намерение германцев и усиленными переходами вывел 20 корпус в район угрожаемого прорыва и, парировав эти атаки германцев, спас свою армию от участи армии генерала Самсонова. В результате этих неудач командующий Северо-Западным фронтом генерал Жилинский был отстранён, и на его место назначен генерал Рузский, ранее командовавший 3-й армией в Галиции. 4 сентября он приказал 1-й русской армии отходить за Неман.

Следует также сказать, что Верховное русское командование, узнав, что границу с Польшей на берлинском направлении защищает только одни корпус ландвера, параллельно с наступлением в Галиции и Восточной Пруссии решило подготовить ещё один удар в направлении на Берлин. Северо-Западный и Юго-Западный фронты должны были наступать на флангах, связав немецкие и австро-венгерские войска, а в районе Варшавы решили создать ещё одну ударную группировку, которая будет угрожать Берлину. В результате этого решения войска, которые должны были усиливать 1-ю и 2-ю армии, стали направлять к Варшаве на формирование новой 10-й армии. Из-за этого ударная сила и резервы армий Ренненкампфа и Самсонова были ослаблены. Вместе с тем, судя по тому, как готовилась и развивалась в августе 1914 года Восточно-Прусская операция, невозможно сказать, что командование действительно опасалось поражения. Оно твёрдо рассчитывало на победу, и для этого было много оснований. Иначе бы оно не стало выдергивать уже с началом операции части из 1-й и 2-й армий. Иначе бы оно не стало оставлять в крепостях, в т.ч. и в Варшаве, крупные силы. Иначе бы оно не стало начинать наступление, полностью не подготовив войска. Иначе бы оно не стало останавливать 1-ю армию после победы под Гумбинненом. Иначе бы оно не стало параллельно формировать 10-ю армию для прямого удара на Берлин. И наконец, иначе бы оно не было так уверено, что после первого же поражения немцы захотят оставить всю Восточную Пруссию. Здесь мы имеем дело с излишней самоуверенностью, граничившей чуть ли не с безрассудством и легкомыслием. Имеем дело со стремлением осуществить грандиозные планы, с тщеславным и горячившем кровь желанием окутать себя славой спасителей Парижа и еще раз получить ключи от Берлина, что, безусловно, переплеталось и с чувством долга перед союзниками.

Сказывались и старые представления о слабости немецких солдат, сложившиеся ещё в давние времена Семилетней и Наполеоновских войн. Победа Германии над французами во франко-прусской войне 1870-1871 годов была воспринята в России с откровенным удивлением, и даже в начале Первой мировой войны немцев все еще считали слабыми противниками. Лишь когда русским войскам пришлось отступать под их натиском, это привычное представление о немцах, как трусоватых и неумелых вояках, начало меняться. Но не стоит благородством прикрывать безграмотность, снобизм, глупость и ошибки командования 2-й армии и Северо-Западного фронта. А миф о «самоотверженности русских войск, приносящих себя в жертву во имя спасения Франции», был придуман постфактум для оправдания в глазах общественности поражения русских армий в Восточной Пруссии. А потом из газетных статей это быстро перекочевало в исследования как эмигрантских, так и советских историков. Не следует забывать, что разгром немцами корпусов могучей 2-й армии Самсонова состоялся ещё до прибытия пополнения с бельгийского фронта. И состоялся он силами бегущих из под Кенигсберга корпусов 8-й немецкой армии и частями прусского ландвера (ополчения). Они были остановлены и воодушевлены новым командованием в лице Гинденбурга и Людендорфа. Но эти же части, уже окрылённые победой и усиленные крупными подкреплениями, не смогли одолеть менее мощную 1-ю армию, потому, что её командованием были приняты своевременные и адекватные меры.

Первые сражения и два последующих крупнейших сражения Варшавско-Ивангородское и Лодзинское показали, что казачьи кавалерийские части являются одними из лучших в русской армии. Казачьи части направлялись на наиболее опасные участки фронта для выполнения сложнейших боевых задач. Это объяснялось тем, что казачьи части были наиболее подготовленными в военном отношении, с высокоразвитым чувством патриотизма. Традиционное постаничное комплектование казачьих частей позволяло обеспечивать не только прочную социально-психологическую общность воинских коллективов, но и их высокую боеспособность. Кроме того бывалые казаки и офицеры считали войну весьма полезным делом, так как она приносила славу войску, закаляла молодёжь, развивала в них лучшие воинские качества. Казачьи войска на протяжении всей войны отличались высочайшей в Русской императорской армии моральной упругостью (соотношение количества пленных к количеству убитых и раненых), даже в сравнении с гвардией. Они стояли насмерть и имели наименьшие среди всех родов войск потери от сдавшихся в плен.
kazaki-i-i-mirovaya-18.jpg
За все годы войны среди казаков не оказалось ни одного дезертира. Данное обстоятельство не имеет аналогов в мировой военной истории. Казачьи войска давали примеры как массового, так и индивидуального героизма. Первым Георгиевским кавалером этой войны, получившим крест 4-ой степени, стал донской казак Козьма Крючков. Это случилось ещё в начале августа 1914 года в Восточной Пруссии. Находясь вместе с 3 своими товарищами в разведке, он атаковал немецкий разъезд из 27 кавалеристов. Обладая громадной физической силой, гвардейским ростом, необычайным мастерством владения холодным оружием и конём, безумной храбростью и лихостью, вертясь волчком среди врагов, он лично заколол пикой и зарубил шашкой одиннадцать врагов. Подоспевшие товарищи после непродолжительного боя обратили оставшихся в живых неприятелей в бегство и доставили в сотню сильно израненного товарища. В ходе войны Козьма Крючков стал полным Георгиевским кавалером.
А первым полным Георгиевским кавалером в Германскую войну стал казак Миасской станицы ОКВ Иван Васильевич Пашнин. Будучи разведчиком 3-го Уфимско-Самарского казачьего полка, находясь постоянно среди врагов, он добывал и передавал в штаб дивизии ценные сведения. Главнокомандующий русской армией Н.Н. Романов лично подарил герою чистопородного строевого коня, а земляки именное оружие, с которыми он прошёл всю мировую и гражданскую войны, с ними есаул Пашнин и убыл в эмиграцию в Харбин.
К периоду боёв в Восточной Пруссии относится и первое награждение офицера русской армии орденом Святого Георгия 4 степени. Этим офицером стал донской казак, хорунжий 1-го Донского казачьего полка Сергей Владимирович Болдырев. В боях заметную роль играли не только крупные казачьи соединения, но и отдельные казачьи сотни. В составе 4-й стрелковой «железной» бригады А.И. Деникина неувядаемой славой покрыла себя 35-я отдельная Донская казачья сотня. 12 октября казак этой сотни Л. Медведев, будучи в разведке, один взял в плен 35 австрийцев и доставил в штаб бригады. А старший урядник этой сотни Козьма Аксёнов с 10 казаками привёл из разведки 85 пленных австрийцев. Всего за 2 месяца боёв казаки этой сотни пленили 180 вражеских солдат, сами потеряв лишь 8 казаков. А вот пример массового казачьего героизма из Галицийской битвы. Австрияки прорвали фронт 8-й армии Брусилова. Командарм направил к прорыву последний резерв – казачью дивизию Каледина (донского казака, будущего Донского атамана) с приказом: «12-й кавалерийской дивизии – умереть, но умирать не сразу, а до вечера». Начальник дивизии держался, но понимая, что в обороне массы противника его просто раздавят, решил, что умирать надо с музыкой. Он собрал все силы и бросил в лоб наступающего врага казачью лаву, лично возглавив атаку. Австрийцы не выдержали безумной психической атаки и в панике покатились назад.
Русская армия в 1914 году в ходе наступательных действий имела несколько тяжёлых тактических поражений, которые сопровождались огромными потерями. Достаточно сказать, что к началу декабря 1914 года недокомплект казачьих частей составлял до двух третей личного состава. Уже к концу ноября стал ощущаться острый недостаток оружия и особенно боеприпасов, и командование прекратило наступление, на фронте установилось затишье. А впереди предстояла еще длительная война, требовавшая напряжения всех сил страны. Однако, как финансовое, так и экономическое положение страны было прочным, и недостатков в средствах питания, как армии, так и населения не ощущался, с этой стороны не предвиделось никакой опасности.

Военные действия в первые месяцы войны 1914 года для командования всех стран служили наглядным примером для оценки характера и особенностей войны между странами с развитой промышленностью, классической организацией вооруженных сил и располагавшими богатым материальным, моральным и человеческим потенциалом. Первые месяцы войны разрушили ложные представления о «быстротечности» войны, сроки которой генеральными штабами всех стран определялись в 3-6 месяцев. Но после шести месяцев войны на Западном и Восточном фронтах ни одна из воевавших стран не только не думала прекращать войны, а, наоборот, продолжала все увеличивать свои армии и вооружение, а всю национальную промышленность приспосабливала к обслуживанию военных потребностей. Кроме того, произошла существенная переоценка ценностей. Представления русского и союзного командования о русской армии как о «мощном вале», катящемся с востока и разрушающем на своем пути сопротивление германцев, полностью были разрушены. Мощь «вала» при первом его соприкосновении с упорным и стойким противником обнаружила в себе серьезные прорехи и недочеты, послужившие причиной гибели двух корпусов одной армии и тяжелых последствий для другой.

Потери русской армии в Восточно-Прусской операции достигали невиданной до сей поры цифры – 100 тысяч человек, в том числе 70 тысяч пленными. Было убито 10 генералов, 13 попали в плен, оставлено врагу 330 орудий. Сопротивление германских армии оказалось более устойчивым, а командование её проявило больше искусства в управлении войсками и применении их в бою. «Вторжение в Германию» со стороны Варшавы также окончилось для русских армий поражением трёх корпусов и едва не вторичной гибелью 2-й армии. Вместе с тем, русские войска не имея победы в Пруссии, победили в Галиции, убив, ранив и взяв в плен 400 000 солдат Австро-Венгрии.
Во время наступления на Юго-Западном фронте были сформированы и активно действовали конные корпуса генералов Драгомирова и Новикова. Вместе с тем множество казачьих полков успешно действовали в качестве корпусной конницы, а отдельные сотни в качестве приданной конницы стрелковых полков и бригад. Они берегли фланги, обеспечивали связь, охрану штабов, обозов, коммуникаций и вели разведку. Эта война опять показала, что казачья разведочная служба по-прежнему была никем непревзойдённой.

В ноябре казаки 2-й Сводно-Казачьей дивизии захватили Ужокский перевал, открыв путь армии на Венгерскую равнину. 48-я пехотная дивизия Л.Г. Корнилова перешла за Карпаты, спустилась на Венгерскую равнину и взяла Гумённое. Но её успешные действия не были вовремя поддержаны резервами, и достигнутый прорыв развить не удалось. В результате героическая 48-я дивизия с тяжёлыми потерями под прикрытием казаков отошла обратно в горы. Но в Карпатах корниловцы и казаки сидели прочно и перевалов не отдали.

На сербском фронте дела шли для австрийцев также неудачно. Несмотря на большое численное превосходство, им удалось занять находившийся на границе Белград только 2 декабря, но 15 декабря сербы отбили Белград и выбили австрийцев со своей территории. Несмотря на все трудности, страны Антанты сумели скоординировать свои действия на всех фронтах. С наступлением холодов боевые действия замирают. Все фронты к исходу 1914 года стабилизировались, и война перешла в позиционную фазу. Наступал новый 1915 год, но это уже совсем другая история.

Использованы материалы:

Гордеев А.А. - История казачества
Мамонов В.Ф. и др. - История казачества Урала. Оренбург-Челябинск 1992
Шибанов Н.С. – Оренбургское казачество XX века
Рыжкова Н.В. - Донское Казачество в войнах начала ХХ века-2008
Неизвестные трагедии Первой мировой. Пленные. Дезертиры. Беженцы. М., Вече, 2011
Оськин М.В. Крах конного блицкрига. Кавалерия в Первой мировой войне. М., Яуза, 2009

Автор: Сергей Волгин
Источник: topwar.ru
источник материала