16 Ноя 2016

Опыт войны указывал, что скрыть место главного удара практически невозможно, так как земляные работы при подготовке плацдарма для наступления раскрывают противнику все намерения. Во избежание вышеуказанного важного неудобства главнокомандующий Юго-Западного фронта генерал Брусилов приказал не в одной, а во всех армиях вверенного ему фронта подготовить по одному ударному участку, а кроме того в некоторых корпусах каждому выбрать свой ударный участок и на всех этих участках немедленно начать земляные работы для сближения с противником. Благодаря этому на Юго-Западном фронте противник увидел земляные работы более чем в 20 местах, и даже перебежчики не смогли сообщить противнику ничего иного, как то, что на этом участке готовится атака. Таким образом, противник был лишён возможности стягивать к одному месту свои резервы, и не мог знать, где ему будет нанесён главный удар. А главный удар решено было наносить 8-й армией на Луцк, но и все другие армии и корпуса должны были наносить свои, хотя и второстепенные, но сильные удары, сосредоточив в этом месте почти всю свою артиллерию и резервы. Это сильнейшим образом притянуло на себя внимание противостоящих войск и прикрепило их к своим участкам фронта. Правда, обратной стороной этой медали было то, что в этом случае невозможно было сосредоточить на главном направлении максимальные силы.

Наступление армий Юго-Западного фронта было назначено на 22 мая и его начало было весьма успешным. Везде наша артиллерийская атака увенчалась полным успехом. Было сделано достаточно проходов в заграждениях. Не склонный к лирике историк писал, что в этот день австрияки «…не увидели восхода солнца. С востока вместо солнечных лучей — ослепительная смерть». Это русские провели артподготовку, продолжавшуюся двое суток. Возведенные противником за зиму сильно укрепленные позиции (до тридцати рядов проволоки, до 7 рядов траншей, капониры, волчьи ямы, пулеметные гнезда на возвышенностях, бетонные козырьки над окопами и др.) были «превращены в ад» и взломаны. Мощная артподготовки как бы возвестила: Россия преодолела снарядный голод, ставший одной из главных причин великого отступления в 1915 году, стоившего нам полуторамиллионных потерь. Вместо считавшегося классикой военного дела удара на главном направлении четыре русские армии нанесли удар по всей полосе Юго-Западного фронта протяженностью около 400 километров (на 13 участках). Это лишало противника возможности маневра резервами. Очень успешным был прорыв 8-й армии генерала А.М. Каледина. Его армия мощным ударом пробила 16 километровую брешь во вражеской обороне и 25 мая заняла Луцк (поэтому прорыв вначале называли Луцким, а не Брусиловским). На десятый день войска 8-й армии углубились в расположение противника на 60 км. В результате этого наступления 4-я австро-венгерская армия практически перестала существовать. Трофеи 8-й армии составили: пленными 922 офицера и 43628 солдат, 66 орудий. 50 бомбомётов, 21 миномёт и 150 пулемётов. 9-я армия продвинулась ещё дальше, на 120 км, и взяла Черновцы и Станислав (сейчас г. Ивано-Франковск). Этой армией австрийцам было нанесено такое поражение, что их 7-я армия оказалась небоеспособной. Было захвачено 133 600 пленных, что составляло 50% состава армии. На участке русской 7-й армии, после захвата пехотой трёх линий окопов противника, в прорыв был введён конный корпус, состоявший из 6-й Донской казачьей дивизии, 2-й Сводной казачьей дивизии и 9-й кавалерийской. В результате этого австро-венгерские войска понесли большие потери и в полном беспорядке отступили за реку Стрыпа.

Рис. 2 Наступающие цепи русской пехоты

По всей линии наступления, там, где пехота взламывала оборону противника, казаки, начав преследование, заходили далеко в тыл, обгоняли убегавшие австрийские части, и те, попав между двух огней, впадали в отчаяние и зачастую просто бросали оружие. Казаки 1-й Донской казачьей дивизии только за 29 мая захватили более 2 тысяч пленных. Всего в Брусиловском прорыве били врага 40 казачьих полков. В деле участвовали казаки донские, кубанские, терские, уральские, забайкальские, уссурийские, оренбургские, а также лейб-казаки. И как свидетельствует в своей истории войны австрийский Генеральный штаб: «в войсках вновь появился страх перед казаками — наследие первых кровавых дел войны...».

Рис. 3 Захват казаками неприятельской батареи

Страницы