02 Сен 2017

1 июля 1907 года паломники прибыли из Иерусалима в Петербург с иконой Воскресения Христова с вделанной в нее частицей Гроба Господня, которой благословил Русского Царя Вселенский Патриарх. На вокзале святыню встречали будущий священномученик епископ Гдовский Кирилл (Смирнов) с архимандритами Дионисием, Мефодием, Евгением и Александром, протодиаконом В.А.Богословским и назначенным по Высочайшему повелению диаконом С.В.Покровским. Среди встречавших находился председатель Союза Русского Народа А.И.Дубровин и множество союзников. В репортаже «Русского знамени» так описывался момент встречи: «Многие со слезами крестились и выражали сердечную признательность отцу Арсению, подъявшему, несмотря на свой преклонный возраст, подвиг поездки к месту земной жизни и страданий Спасителя, чтобы помолиться за обуреваемую кровавыми распрями Родину». После молебствия крестный ход с хоругвями и иконами двинулся к Казанскому собору, где на паперти икону встретил сам митрополит Антоний (Вадковский), окруженный многочисленным духовенством. Владыка облобызал икону и перенес ее в собор. После богослужения перед святыней Дубровин сердечно поблагодарил митрополита за участие в праздненстве Союза Русского Народа, а владыка братски облобызал вождя Союза (до того у митрополита Антония и Дубровина были крайне натянутые отношения).
По окончании богослужения в Михайловском манеже состоялся многочисленный монархический митинг. Сначала игумен Арсений объяснил собравшимся значение события, затем Дубровин произнес речь, которая неоднократно прерывалась криками «ура» и пением народного гимна. После него выступили писатель князь М.Н.Волконский и представители отделов Союза Русского Народа Орлов, Давыдов, Фоменко, Денисов и другие. Священноначалие приняло решение, что первое время икона будет пребывать в Казанском соборе, пока не будет испрошено Высочайшее соизволения на встречу Государя с депутацией союзников, которая и передаст этот дар Вселенского Патриарха Императору Николаю II. Увы, дальнейшая судьба иконы неизвестна.
НОВЫЕ ИСПЫТАНИЯ
Положение игумена Арсения после возвращения из паломничества оставалось неопределенным. Он жил в Петербурге на неопределенном положении. В марте 1909 года он просил Св. Синод определить его в Ново-Афонский монастырь, но настоятель монастыря отказался его принять, и Св. Синод определил о. Арсению для местопребывания Драндский Успенский монастырь той же Сухумской епархии, который был основан афонскими монахами, но туда он ехать отказался. В августе-сентябре 1909 года в Синод поступили сведения, что игумен Арсений поддерживал близкие связи с духовными чадами св. праведного Иоанна Кронштадтского так называемыми «иоаннитами» (Иоанновское братство), в результате в октябре-ноябре 1909 года решением Синода о. Арсению было предписано в двухнедельный срок отбыть в Сухумскую епархию. После отказа подчиниться этому решению в конце ноября 1909 года игумен Арсений был запрещен в священнослужении.
Он выехал на лечение в Ялту, где находился в течение первой половины 1910 года. 13 сентября 1910 года игумен Арсений вновь попросил Св. Синод вернуть его в отстроенный им Воскресенский монастырь. Однако только что назначенный новый архиепископ Новгородский Арсений (Стадницкий) дал отрицательный заключение на прошение, и в феврале 1911 года Св. Синод отказал в удовлетворении и этого ходатайства.
Игумен Арсений продолжал оставаться на острие борьбы православных патриотов за Веру, Царя и Отечество. Выполняя наказ своего духовного друга праведного Иоанна Кронштадтского он выступал против намерения властей построить языческое капище в столице Российской Империи. В 1910 году он опубликовал ходатайство к Св. Синоду, в котором содержался призыв к священноначалию обратиться к Государю по вопросу о недопущении строительства в Петербурге буддийской кумирни.
Между тем, некоторые деятели монархического движения пытались использовать его авторитет для достижения неблаговидных целей. Так в 1911 году по недоразумению он составил благожелательный отзыв о беседах известного тогда сектанта так называемого «братца Иоанна» Чурикова. Назвал беседы «благодатными» и заявил, что «братец Иоанн указывает народу пути истины». Этот отзыв дважды опубликовал редактор весьма влиятельной в черносотенных кругах газеты «Гроза» Н.Н.Жеденов. Но Господь уберег о. Арсения от большей беды. Получив полный текст бесед «братца Иоанна», он пришел в ужас и написал обличительное письмо «О новоявленном столичном лжехристе в лице именуемого «братца Иоанна» Чурикова», которое 22 декабря 1911 года направил в «Грозу». Однако Жеденов письмо не напечатал, на что о. Арсений с горечью заметил «видимо правда и Православие мало или вовсе не интересует издателя «Грозы», хотя в заголовке «Грозы» прямо сказано, что задача этой газеты — говорить правду, отстаивать Православие».
Такой неприглядный поступок в отношении о. Арсения совершил не последний человек в монархическом движении. Н.Н.Жеденов был одним из основателей Союза Русского Народа, близким сотрудником убитого террористами петербургского градоначальника Владимира Федоровича фон-дер Лауница, членом Главного Совета Всероссийского Дубровинского Союза Русского Народа, организатором и учредителем «Общества изучения иудейского племени». Увы, сектантский дух и политиканство к тому времени начали проникать в среду Черной сотни.
Тогда игумен Арсений обратился в другие издания. Напечатать его письмо согласился известный правый издатель и публицист В.М.Скворцов в своей газете «Колокол». В письме о. Арсений покаялся перед православным народом: «Я каюсь в том, что на старости лет и сам впал в жестокое искушение, а чрез меня и другие верующие я охотно винюсь перед всеми православными». Тогда же он принес покаяние Св. Синоду в допущенном ранее противлении велениям священноначалия. В ответ 10 июня 1912 года Св. Синод, «принимая во внимание болезненное состояние игумена Арсения», разрешил ему священнослужение, а 21 сентября 1912 года ему было разрешено выехать на Афон.

Страницы